УКРАИНА

материалы по теме:

Власть

О национальной гордости малороссов. Финал

0

Не надо утверждать, что настоящая украинская история создавалась в степи кошевыми атаманами и гетманами – это был маргинес истории. Настоящая история Украины создавалась в городах.

Итак, мы подошли к обобщениям и выводам, на основе которых попытаемся предложить свою концепцию истории Украины – в национальном, а не в народническом или государственническом вариантах.

Во-первых, история Украины должна стать синтезом историй всех народов, населяющих Украину и оставивших на территории нашего государства мощный культурный след.

Во-вторых, история Украины должна быть очищена от домыслов и мелочных мифов. Если уж творить миф – то на реальной основе и с рациональным контекстом.

В-третьих, создавая историю Украины, нельзя подходить к процессу со старым инструментарием, используя при рассмотрении «украинскости» такие критерии, как язык, этническое происхождение индивидуума и т.д. – то есть, устаревшие категории. Иначе мы существенно обедняем историю Украины, отказываясь от большого пласта прошлого отечества.

В-четвёртых, для истории Украины не должно быть «неудобных» моментов, которые некоторые историки пытаются вычеркнуть из истории или приписать действию внешних сил. И масоны, и коммунисты, и прочие якобы чуждые Украине явления на самом деле были порождением украинского социума и – следовательно – частью украинской истории.

В-пятых, история Украины должна акцентировать внимание на героических моментах, должна быть наполнена оптимизмом и служить не только в научных, но и в воспитательных целях.

В-шестых, историкам, литераторам и прочим людям гуманитарных профессий следует обращать внимание не только на историческую науку в академическом варианте, но и на популяризацию истории Украины, на создание популярных курсов истории.

История Украины не хуже и не лучше других историй. Просто она должна быть подана во всей красе, многогранности и многослойности. Её необходимо не просто изучить – её необходимо прочувствовать. Историю Украины надо воспринимать не просто как набор фактов – необходима новая философия истории Украины. А для этого необходимо понять и прочувствовать философию самой Украины, украинской нации, то есть – предназначение и перспективы Украины как явления. История Украины должна быть нацелена в будущее, а не в прошлое. Прошлое – это лишь сумма тех знаний, которые необходимо конвертировать в будущие успехи и в будущее государственное проектирование Украины. Будущее во многом зависит от того, какие мотивы – минорные или мажорные – будут доминировать в концепции отечественной истории.

Ещё несколько моментов.

Украинская история должна лишиться комплекса собственной недооценки. Чем европейская история лучше украинской? Да только тем, что, начиная с ХVIII – XIX века, европейские историки более дерзко интерпретировали собственные мифы и внедряли культ национального героизма. Энергия их национального мифа была обращена на созидание своего, а не на разрушение чужого. Если бы Украина имела традицию государственности длинною в несколько столетий, у неё не было бы потребности создавать культ Треноса (Плача) как краеугольного камня отечественной истории. Помните Декалог украинских националистов? «Помсти смерть славних лицарів» - одна из десяти заповедей националиста. И концепция истории Украины базировалась на культивировании жажды мести – не важно кому, всем врагам одновременно, как внутренним, так и внешним. Месть была главной движущей силой украинского националистического движения – от зарождения до 1943 года. Только увидев последствия противостояния двух национализмов – польского и украинского – на Волыни, украинские националисты нашли в себе силы отказаться от прежней концепции и перейти к новому виду национализма – созидательному, творческому, с новым лозунгом – «Свобода народам, свобода человеку!»…

Задача украинских историков – показать миру и своим гражданам, urbi et orbi, что мы, украинцы, не выпадали из общемирового контекста и цивилизационных контекстов. Что мы – не дикие жители степей, только-только слезшие с лошадей и пытающиеся догнать цивилизацию. Что мы – не «географическая новость». И что «Дух одвічної стихії”, поставивший Украину „на межі двох світів”, - он жив, он не умер после того, как Ницше подписал некролог Богу: более того, украинская нация впервые выступила со своей программой действий в тот год, когда умер Ницше… Как тут не вспомнить английский юмор? На листе бумаги – зачёркнутая фраза: „God is deed. Fred”. Над ней – надпись: “Fred is deed. God”. Украинский – как и вообще, восточноевропейский – Бог родился тогда, когда западноевропейский – согласно Ницше – умер. И когда умер сам Ницше...

...Но нельзя забывать, что мы всегда были частью Европы. Заложившие основы современной европейской цивилизации тамплиеры имели свои замки на территории Украины. И многие ли украинцы воочию увидели руины замка тамплиеров в Середнем под Ужгородом? Во многих ли путеводителях существуют упоминания о Середнянском замке?

…Украинские монархи короновались короной, присланной папой – как нормальные европейские монархи. И сам факт коронации Данила Романовича, короля Галицкого и Волынского, князя Киевского и прочая и прочая королевской короной содействовал выработке нового мышления у его подданных – мышления, базированного на европейском понятии о законе, а не на степной традиции. Именно этот момент – 1256 год, коронация Данила в Дорогочине – может считаться переломным моментом, от которого можно проводить отсчёт разделения украинского и московского (ещё не русского) этносов: в этот момент подданные монархов-родственников поняли один важный момент. А именно: ритуал освящения монаршего венца папой – пусть и католиком, но христианином – имел большее значение, чем ярлык на великое княжение, вручаемый ханом-язычником с монголоидными чертами и с дикими традициями. Католики, хоть и веровали – с точки зрения православных – в «неправильного» Христа, но всё же их вера была близкой и понятной, просто «искажённой». Татарские поклонения Огню и Кусту вызывали отвращения у жителей Руси… Данило поклонился татарам – но потом вся Галицко-Волынская Летопись прониклась раскаянием и оправданиями, а сам Данило начал создавать Антитатарскую коалицию… Михаил Черниговский отказался поклониться – и принял мучительную смерть.

Московский этнос – в отличие от украинского - был создан именно на почве восприятия татар как данности. Слабые попытки сопротивления – восстание Андрея Ярославича или Тверское восстание – были быстро и жестоко подавлены. Много ли северо-западных князей осмелились противиться Орде? Кроме упомянутого Андрея Ярославича – разве что Дмитрий Грозные Очи… Да ещё Димитрий Донской – но это было значительно позже, после того, как юго-восточная Русь была освобождена из-под татарского ига. Москва сохраняла вассалитет относительно Орды до конца XV века! Отсюда – и специфическая ментальность последних Рюриковичей: они старательно перенимали стиль и методы правления у своих сюзеренов, старались уподобиться им.

Коллаборационизм в русской истории возведён в ранг достоинства: святой равноапостольный князь Александр Ярославич Невский, брат которого, Андрей, выступил против Орды, не только не поддержал брата – он стал одним из ближайших соратников Батыя в последние годы жизни кровавого хана, и, по распространённой версии, был отравлен в Орде, став жертвой борьбы за власть между Батыевыми наследниками. Внук Александра, Иван Даниилович Калита, князь московский, вошёл в историю благодаря тому, что сам решил собирать дань для татар, предложив свои услуги вместо услуг баскаков. «Таким образом, часть дани оставалась в Москве, упрятываясь от хана, и этот фактор содействовал укреплению Московского княжества», - умиляются историки. При этом, не указывая на один существенный момент: грабил-то Калита свой собственный народ…

Но московский этнос стал лишь частью этноса российского. Российский этнос возник путём слияния московского и новгородского этносов (Новгород – это особая форма славянской самоорганизации, продукт ранней колонизации славянами финно-угорских территорий), а также старых ордынских территорий. Заметьте: миф Москвы как Третьего Рима возникает тогда, когда московский этнос переходит к реконкисте. На уровне мифа общество воспринимало идеологему о рецепции традиций Рима и Константинополя на московской почве, на самом же деле происходило присоединение ордынских территорий, перенимание ордынского менталитета и ордынских традиций новой общностью людей, с особой, оригинальной культурой. Главное, что бывшие русичи позаимствовали у Орды, была метафизика власти и метафизика государства – то, чего напрочь была лишена рационально мыслящая Европа. Иррационализм – вот основа мировосприятия нового этноса…

Для того, чтобы из этого субстрата – московско-новгородского, финно-угро-славяно-тюркского - сформировался новый, русский этнос нужна была ещё одна составная. И эту составную отыскал князь Николай Трубецкой, выдающийся русский философ, который писал в 30-х годах ХХ века в статье «К украинскому вопросу»:

Украинцы развивались на совершенно иной почве, чем русские. Украинцы практически не подверглись культурному и политическому влиянию Орды. Они комфортно чувствовали себя в едином украинско-белорусском государстве – Великом Княжестве Литовском. Литовские (украино-беларусские) монархи громили немцев под Грюнвальдом и приглашались на европейские престолы – в Чехии, Польше. В 1428 году в Луцке прошёл съезд европейских монархов, на который прибыли Великий князь Московский, Великий князь Литовский, король Польши, крымский хан и хан Буджакской орды, представители турецкого султана и молдавского господаря, представители дунайских княжеств, чешский король, легат папы римского и император Священной Римской Империи… Много ли внимания в украинской исторической литературе уделяется этому средневековому саммиту глав государств Европы? Знают ли об этом саммите в Брюсселе?

Почему до сих пор в украинской истории нет места битве под Оршей и походу Лжедмитрия на Москву? Ведь активным элементом Смутного времени были украинцы – именно они, а не этнические поляки, составляли большинство армии Отрепьева. И католицизм, который якобы пытался насаживать Лжедмитрий во время своего царствования в Москве, был скорее Греко-католицизмом, пресловутой унией, при которой сохранялась греческая обрядность, но менялась юрисдикция церкви. Римо-католицизм заводить в Москве было бы безумством, а уния (новое, появившееся лишь десять лет перед походом Лжедмитрия, явление) была бы более мягкой формой религиозной экспансии. А взятие Москвы в 1612 году казаками и шляхтой? Я понимаю русских, которые чтят память Козьмы Минина и князя Димитрия Пожарского, освободивших Москву от польско-белорусско-украинской оккупации. Но я не понимаю украинцев, для которых не оказалось места в истории Отечества для Ивана Заруцкого, Марины Мнишек и тысяч известных и безымянных героев Московского похода…

Я не понимаю, почему до сих пор в анналы украинской юридической мысли не вписано имя Льва Сапеги – творца знаменитого Литовского Статута, своеобразной средневековой Конституции Речи Посполитой. Если мы хотим быть европейцами – почему не чтим его память? Равно как память князя Витовта или князя Гедимина. Память князей Корецких, Острожских, Любомирских, Вишневецких. Память наших земляков Михала Вишневецкого и Яна Собесского, удостоившихся чести возглавлять Речь Посполитую. Литовцы и поляки – это не оккупанты украинских земель. Это плоть от плоти наша история. И не надо утверждать, что настоящая украинская история создавалась в степи кошевыми атаманами и гетманами – это был маргинес истории. Настоящая история Украины создавалась в городах, воеводствах, княжествах.

Немецкая и польская колонизация Подолья, Волыни и Галичины – это наша история. Развитие генуэзских колоний и Крымского ханства – это тоже наша история. Заселение степи сербами, греками, болгарами и русскими – это тоже наша история… Настоящий герой украинской истории для нас мыслится в образе такого себе казака Мамая – самоуглублённого, с загадочной улыбкой а ля Мона Лиза, с оселедцем и бандурой простоватого мужичка, вечно пьяного и ободранного, терпящего муки, но рано или поздно взрывающегося праведным гневом (этот гнев одна киевская газета в 1918 году метко передала, описывая восстание Директории – «Распетлюрился эдакий швец на обе винниченки, да как заболбочанит!»). Кто-то сказал, что украинский идеал сосредоточен в образе Тараса Бульбы…

А между тем на одной из гравюр Якова Гнездовского изображён сюжет – Иван Фёдоров вручает свежеотпечатанную «Библию» князю Константину Острожскому. На первопечатнике – европейское одеяние конца XVI века: широкий испанский воротник, «дутые» короткие штаны, европейская куртка, плащ… Именно так одевались наши предки – городское население Украины, в том числе южного побережья Крыма. А теперь посмотрите на памятники Ивану Фёдорову (вернее, Федоровичу, подольскому шляхтичу, вынужденному в следствие баниции – изгнания по решению суда – переселиться в соседнее государство, но потом вернувшемуся на родину) во Львове и Москве. Сорри, но кто на них изображён? Фёдоров точно бы обиделся…

А между тем мало кто замечает, что действие «Мёртвых душ» Гоголя происходит на территории Украины. И «Мёртвые души» мы, украинцы, должны знать назубок – ведь типажи этой поэмы срисованы с наших предков, и позволяют понять наши корни и истоки. Помните: Чичиков хвастает на балу, что у него есть столько-то душ в ХЕРСОНСКОЙ ГУБЕРНИИ. Вот они – наши с вами корни. Вот они – наши с вами истоки: Коробочка, Собакевич, Ноздрёв, Плюшкин и Манилов – это второе-третье поколение колонизаторов бывшей Дикой Степи, заложивших на старых татарских землях Каховки, Херсоны, Николаевы, Одессы и прочие населённые пункты… Гоголь лучше других знал нашу, украинскую душу. И история Украины будет немыслимой без истории прототипов гоголевских героев…

Не казаками едиными. Тем более – не едиными арийцами. И уж подавно – не только «извечным стремлением к воссоединению с великим российским народом». Скорее – вопреки этому стремлению развивалась украинская история.

Мы сделали экскурс в соседнюю историю не для того, чтобы унизить русских – в принципе, российская история – не менее интересна и увлекательна, чем украинская, но это – две абсолютно разные истории. И даже в годы сосуществования в рамках единого государства налицо разница в менталитете и конкуренция двух начал – украинского с европейскими традициями и русского с ордынскими рудиментарными пятнами. Пятнами, которые не смогли отмыть даже немцы, дружной толпой оккупировавшие российский XVIII век… Кстати, именно в XVIII веке Украина пыталась добиться, чтобы её услышали. Многие ли помнят сейчас такое выдающееся произведение анонимного автора, как «Брань Малороссии с Великороссией»? А «История Русов» - чем не свидетельство желания украинской элиты быть нерусской, самостоятельной, особой? Джентльмен на российском престоле, монарх, наверное, более других имеющий представление о долге и чести, Николай Первый, высоко ценил «Энеиду» Котляревского, читал и цитировал её в оригинале. И для него не подлежало сомнению, что Малороссия – это часть империи, но малороссы – не часть великороссийского народа. И это было объективной реальностью…

Казнённый Николаем поэт Кондратий Рылеев писал в поэме «Войнаровский»: «Мне ад Украйну зреть в неволе, её свободной видеть – рай!». Обласканный Николаем поэт Александр Пушкин писал: «Быть независимой державой давно Украине пора», вкладывая эти слова в уста своего антигероя – Мазепы. Близкий приятель детей Николая, граф Алексей Толстой, писал об Украине пронзительные и трогательные произведения – «Колокольчики мои» и «Ты знаешь край, где всё отрадой дышит». Современник Николая и один из классиков украинской литературы Евгений Гребинка внёс величайший вклад в русскую культуру, создав для наших соседей бессмертный романс «Очи чёрные». Может, пора посмотреть по-иному на николаевскую эпоху? Николаевская эпоха – это не только казармы и муштра, не только подавление восстания Черниговского полка в Василькове под Киевом (можно представить тот ужас, который начался бы – в том числе в Украине – в случае прихода к власти Пестеля со товарищи – почитайте их программные документы), не только разгром Польского восстания и ликвидация шляхты, не только арест и ссылка Тараса Шевченко – это ещё и катализация украинских этнотворческих процессов.

Угасающая нация может воспрянуть духом вследствие некоей провокации. Для чехов такой провокацией была «Краледворская рукопись» - виртуозная подделка Вацлава Ганки. После этого наступил период массового самоосознания чехами себя самих, превращения германизированных чехов в собственно чехов. Для украинцев в составе Российской Империи такой провокацией была вся николаевская эпоха – с культурными веяниями, поиском культурной и идеологической почвы, с интеллектуальными дискуссиями, тайными кружками и парамасонскими организациями. В этом котле родилась украинская (или всё ещё малороссийская) элита. Для России первой половины XIX века рождение Украинства было чем-то вроде сеансов спиритизма в стиле графа Калиостро или графа де Сен-Жермена – изысканным времяпровождением для избранных.

XIX век – это период возрождения украинского Феникса. В XVIII веке потенциал Украины был пущен на утверждение собственной элиты на высших и средних ступенях бюрократической системы Российской империи, а также на защиту России от немецкой культурной экспансии. Вспомните, кто тогда более всех противился немецкому нашествию? Украинец Феофан Прокопович. Украинец Стефан Яворский. Украинец Димитрий Ростовский (Туптало). Украинец Безбородко, ставший канцлером Российской империи. Украинцы братья Разумовские (кстати, о старшем, Алексее, Юрий Андрухович писал в иронической форме: «Став невенчанным мужем, амантом императрицы Елизаветы Петровны, Разумовский, благодаря своим недюжинным сексуальным способностям, добился для Украины стольких уступок и привилегий, скольких не добились иные исторические деятели. Поэтому он достоин того, чтобы включить его имя в национальный пантеон. «Не мечём, так членом», - таким был его рыцарский девиз»). Воспитанник киевской школы Михайло Ломоносов… Наконец, казацкий сотник Мирович, пытавшийся совершить переворот в Петербурге, свергнуть Екатерину Вторую и вернуть на престол законного императора Ивана Шестого, находящегося в то время в заточении в Шлиссельбургской крепости – после переворота 1741 года...

Верю, что когда-то в Москве, на Красной площади, напротив памятника Минину и Пожарскому, будет стоять стела с надписью: «Украинцам – благодарная Россия». И в Варшаве, неподалёку от Бельведера, аналогичная стела, с надписью: «Украинцам – благодарная Польша». Ибо Украина столько сделала для укрепления могущества своих соседей, что заслуживает, по крайней мере, на уважительное отношение к себе и к украинской нации…

Так вот: после исчерпания внутренних резервов украинскости Украина требовала внешних вливаний. И она нашла их! Нашла не столько и не только среди этнических украинцев, но и среди тех, кто пожелал поработать на украинскую идею – пусть она казалась искусственной, пусть неблагодарной, но всё равно привлекательной. Не следует забывать – это был романтический XIX век, с иными представлениями о мире и о назначении человека, более сентиментальный и более благородный. Век, в котором ради любимых дрались на дуэли, а после публикации байроновского «Паломничества Чайльд-Гарольда» Европу охватила настоящая волна самоубийств – молодёжь сильнее и ярче чувствовала прекрасное, а слова ещё имели силу зажигать внутренний огонь. “Pelgrzymka narodu Polskiego” и «Jeszcze Polska ne zginela» могли заставить подняться на борьбу поляка, «Книга Буття українського народу» и «Ще не вмерла» могли заставить украинского шляхтича – полонизированного или русифицированного – вспомнить о своих этнических корнях.

Внутреннюю энергию украинского этноса воплотил в себе Тарас Шевченко. Иван Франко и Михаил Драгоманов открыли Украине дорогу в Европу. Племянница Драгоманова Леся Украинка превратила Малороссию в Украину – в полном смысле этого слова. Представители польского и русского этносов также влились в украинское дело – и в результате в начале ХХ века состоялось преображение Малороссии. Началось воплощение проекта «Украина». Проекта, который в несколько этапов (а окончательно – в 1991 году) слился с иными, параллельными проектами, внедряемыми на данной территории…

Итак, в завершение наших «мудрствований» мы рискнём предложить свою схему национальной истории Украины. С нею можно соглашаться или не соглашаться, спорить или воспринимать как данность – наше право озвучить собственное мнение.

Вот она, история Украины:

Древнейший период. Территория Украины и антропогенез. Первобытные стоянки на территории Украины. Лука Врублевецкая. Палеолит. Стоянки Крыма. Мезолит и неолит на территории Украины.

Энеолит и энеолитические культуры. Триполье, генезис трипольцев. Миграции народов в энеолитическую эпоху.

Украинские античность и варварство. Античные города-государства в Северном Причерноморье. Киммерийцы и скифы как соседи античных городов. Скифское общество и взаимопроникновение культур. Боспорское царство и Рим. Римское влияние на территорию Украины. Войны Рима с даками и территория Украины. Культ Марка Ульпия Траяна и его отголоски в украинских эпосах. Сарматы. Великое переселение народов. Выделение в сарматском потоке восточных протославян. Антский союз и противостояние между протославянами и германскими племенами. Гунны и славяне. Битва при Каталуонских полях. Хазарский фактор. Варяжский фактор. Возникновение Руси. Аскольд и Дир. Олег. Игорь. Ольга. Святослав. Войны с Византией и Болгарией. Восточные походы. Распространение христианства. Ярополк и Владимир. Конец украинской античности (разрушение Херсонеса). Конец украинского варварства (принятие христианства).

Украинское средневековье. Важный момент: в это время появляется особое – династическое – мировосприятие. Если ранее обычный человек воспринимал себя как часть рода, племени, то теперь он начинает выступать как подданный того или иного монарха. Легитимность монарха определяется его династическим происхождением и старшинством в роду. Период начинается с Ярослава Мудрого, во время правления которого впервые отмечены подобные сдвиги в сознании протоукраинцев. И если в битвах со Святополком доминируют ещё старые, родовые и племенные традиции, то битва под Лиственом в 1027 году между Ярославом Киевским и Мстиславом Черниговским носит уже печать нового времени. Братья оспаривают старшинство в роду и право на ленные владения. Ярослав в конце жизни раздаёт лены своим сыновьям – уже не по племенному принципу, а именно по ленному.

Итак, украинское средневековье. Ярослав Мудрый. Победа над печенегами. Вассалитет племён, входящих в печенежский союз и использование печенегов для охраны степных рубежей Руси. Образование на печенежских землях нового, Переяславского княжества. Княжество Тьмутараканское. Отказ Руси от концепции постоянной экспансии и установление границ Руси. Трие Ярославичей. Появление половцев. Русско-половецкое противостояние. Владимир Мономах и период стагнации Древней Руси. Децентрализация Руси. Упадок Киева. Возвышение трёх центров Древней Руси – Галича, Чернигова и Владимира. Попытка переустройства Руси по принципу Священной Римской Империи (проект Романа Мстиславича Галицкого и Волынского). Смута и гражданская война в Юго-Западной Руси. Нашествие татарских войск на Русь. Оккупация русских земель татарами. Коронация Данила, князя Галицкого. Образование двух Русей – Юго-Западной и Северо-Восточной. Образование Великого Княжества Литовского. Распространение юрисдикции Великого Княжества Литовского на Юго-Западные земли Руси. Литовский период. Княжество Феодоро в Крыму. Образование Крымского ханства. Династия Гиреев.

Немецкая и польская колонизация украинских земель - образование фольварковых хозяйств. Деяния Гедиминовичей. Битва под Грюнвальдом. Кревская и Городельская унии. Битва под Оршей. Образование казачества. Литовские статуты. Положение евреев на территории Украины. Изгнание евреев во времена Витовта.

Украинский Ренессанс. Для этого периода характерен новый этап – этап самоидентификации по религиозному признаку. В Европе этот этап начинается в XV веке (Гуситский войны), в Украине – почти веком позже.

Украинские и татарские города эпохи Ренессанса. Крымское ханство и вассалитет относительно Османской Порты. Люблинская уния. Образование Речи Посполитой. Берестейская (Брестская) Уния. Противостояние между православием и католицизмом. Конфессионный компромисс. Попытки правительства Польши и литовской магнатерии использовать казаков для обороны южных рубежей Речи Посполитой (казус Ярослава: если есть «свободный» степной элемент – надо попытаться использовать его во благо государственным интересам). Казацкая вольница и казацкие походы. Авантюра со Лжедмитрием. Война Речи Посполитой с Турцией. Сагайдачный. Возрождение украинского православия. Пётр Могила. Влияние Украины на формирование элиты и идеологии Московского государства. Казацкие волнения 1620 – 30-х годов. Противоречия внутри Речи Посполитой: фактор литовской магнатерии как главная угроза стабильности и развития государства. Украинская шляхта. Союз королевской власти и казацкой вольницы как условие появления феномена Богдана Хмельницкого. Буржуазная революция Богдана Хмельницкого. Победы. Превращение Украины в геополитический фактор. Союз с Московским государством. Виленский мир и смерть Богдана Хмельницкого. Выговский. Конотоп и Гадячские статьи. Проект Великого Княжества Русского. Конец революции и контрреволюция (Руина).

Украинское барокко. Характерная черта периода – отход от церковно-конфессионного принципа мышления и переход к этническому самосознанию. Хотя рудименты восприятия действительности сквозь конфессионную призму ещё долго давали о себе знать. Рудименты – вещь упрямая.

Иван Мазепа. Бунт Мазепы против Петра. Полтавская баталия. Гетман Орлик. Прутский поход украинской и турецкой армий. Взятие в плен Петра Первого. Поход на Белую Церковь. Первая волна украинской политической эмиграции. Скоропадский. Даниил Апостол. Деятельность Малороссийских коллегий. Елизавета и фактор Разумовских. Кирилл Разумовский в роли гетмана Украины. Конкуренция шляхты и дворянства в Украине. Масонские ложи. Григорий Сковорода. Бел Шал-Тоф. Нахман. Зарождение хасидизма. Великая провокация Екатерины – «Колиивщина». Русско-турецкие войны и расширение территории Малороссии. Присоединение Крыма к Российской Империи. Светлейший князь Потёмкин как один из деятелей украинской истории. Деятельность Потоцких и Браницких. Разделы Польши. Основание южноукраинских городов. Миссия Капниста. «Брань Малороссии и Великороссией». «История Русов».

Украинский классицизм. «Две Украины» - Галицкая и Надднепрянская. Нашествие Наполеона и французские планы относительно Украины. Две концепции относительно Наполеона – концепция защиты родины от агрессии и концепция «Наполеон-освободитель». Тайные общества и политизация масонских лож. Попытка масонской революции в Российской империи – движение декабристов. Иван Котляревский. «Русалка Днестровая». Превращение Харькова в крупный культурный центр Левобережья. Николаевская эпоха. Кирилло-Мефодиевцы. Михал Чайковский. Славянофильская идея. Киевоцентризм. Борьба украинских интеллектуалов за субъектность Малороссии. Революция 1848 года в Австро-Венгрии. Политические и социальные процессы в Галичине. Хлопоманство на Надднепрянщине. Концепция Кулиша и концепция Шевченко. Иван Франко. Михаил Драгоманов. Русская украинская культура. Алексей Толстой и Козьма Прутков. Начало индустриализации Украины. Наступление украинского города на украинское село. Буковина и Закарпатье. Зарождение социалистических и анархических идей. Андрей Шептицкий. Рождение украинского национализма. Николай Михновский. Возрождение масонского движения в России. Максим Ковалевский. Максимилиан Волошин. Владимир Короленко. Анна Ахматова. Шолом-Алейхем. Зарождение сионизма и Владимир Жаботинский. Столыпинская реформа и колонизация украинцами Средней Азии, Сибири и Дальнего Востока. Новая волна эмиграции. Политические платформы украинцев накануне Первой мировой войны. Превращение Малороссии в Украину.

Украинская революция. Первая мировая война. Союз освобождения Украины. Деятельность Михаила Грушевского. Начало деятельности Дмитрия Донцова. Падение монархии. Рустикальная (сельская) доминанта в украинской революции. Центральная Рада и деятельность социалистов-революционеров как оплота рустикальных революционных сил. Война с большевистской Россией. Провозглашение независимости. Активизация общественной жизни в Крыму. Крымский поход Петра Болбочана. Брестский мир. Гетманат: ситуативная победа урбанистических сил над рустикальными. Украинская Держава Павла Скоропадского. Директория и реванш рустикальных сил. Революция в Галичине. Взаимодействие «двух Украин»: сложный путь к взаимопониманию. Еврейский вопрос в украинской революции. Петлюра. Сенльская вольница – рудименты казачества с модернизированной идеологией: Нестор Махно, Атаман Зелёный (Данило Терпило), Ангел, Григорьев, Соколовский. Взятие Киева в августе 1919 года. Муссолини о перспективах Украины (август 1919 года). Зятковецкий мир: переход Украинской Галицкой армии на сторону Деникина. Деятельность Белой армии в Украине. Украинцы на Дальнем Востоке. Колчак. Украинские отряды в армии Колчака. Создание Красной Украинской Галицкой армии. Варшавский договор Украины с Польшей. Совместный поход на Киев. Разгром Петлюры. Чудо над Вислой. Рижский мир. Второй Зимний поход. Раздел Украины между четырьмя государствами

Модернизация Украины. Феномен Советской Украины. Феномен украинского интегрального национализма. Важный момент: оба явления (как УССР, так и национализм в версии Донцова-Коновальца), были антитезисами к украинской революции 1917 – 1921 гг. Таким образом, если революция носила рустикальный характер, оба проекта были урбанистическими по своей сути, хотя энергия обоих проектов черпалась за счёт превращения рустикальной энергии в урбанистическую. Главными действующими лицами обоих процессов были выходцы из села, решительно разрывающие связь с селом и превращающиеся в адептов городской жизни. Соответственно меняется стиль мышления, приоритеты и т.д. Существенная разница: проект УССР был более глобальным проектом с ярким левым уклоном (коммунизм плюс всемирная революция, Украина как часть будущего «единого человечьего общежития»), проект Украины в понимании националистов – это концепция «своего дома» - сильного, пассионарного, богатого, с выразительной право-консервативной идеологией. Украинизация. Революция в литературе, науке, искусствах. Скрыпник. Крымско-Татарская Автономия. Попытка создания Еврейской Автономной Области в Таврии. Создание УВО. Евгений Коновалец. Идеи Дмитрия Донцова. Создание Организации украинских националистов. Террористические акты в Галичине. Индустриализация и коллективизация. Голод 1932 – 1933 годов. Репрессии. Разгром рустикальной модели развития украинского общества. Торжество урбанизации. Окончательный переход к развитию Украины как урбанизированного проекта. Раскол в ОУН. Провозглашение независимости Карпатской Украины. Вторая мировая война и Украина. Присоединение к УССР Галичины, Волыни, Бесарабии и Северной Буковины. Борьба двух концепций (УССР и националистическая концепция Украины). УПА. Украинские фронты в составе Красной Армии. Оккупация Украины Германией и её сателлитами. Главный итог войны для Украины: УССР превращается в самостоятельный субъект международного права. Присоединение к УССР Закарпатья. Послевоенное возрождение. Возникновение донецкого и днепропетровского кланов. Вооружённая борьба УПА. Приход «украинской партии» к власти в Москве. Хрущёв. Присоединение Крыма к УССР. Брежнев. «Холодная война» как Третья мировая война. Шелест и Щербицкий. Проигрыш СССР (и УССР) в Третьей мировой.

Украинская революция и построение независимого государства. Процессы либерализации в советском обществе. Горбачёв. «Товариство Лева». Украинский Хельсинкский Союз. Народный рух Украины. Союз украинской независимой молодёжи. Три концепции будущего Украины: обновлённый Союз в виде конфедерации, Союз как федерация государств, полная самостоятельность. 1989 год и выдвижение лозунга независимости как единой политической платформы. Выборы в Верховную Раду. Провозглашение суверенитета Украины. Голодовка студентов в Киеве. Ново-Огарёвский процесс. ГКЧП. Провозглашение независимости Украины. Основные движущие силы украинской революции: национал-демократы (Рух, УХС), молодёжные объединения, либералы (демплатформы в КПУ и ЛКСМУ). Силы контрреволюции: коммунисты, директорат. Рождение Украины как компромисс между национал-демократами, коммунистами и директоратом. Президентство Кравчука.

«Эра Кучмы». Активизация директората. Конфликт между директоратом и бывшими коммунистами. Тактический союз директората с национал-демократами. Премьерство Кучмы. Директорат как самостоятельная сила. Приход директората к власти. Феномен Кучмы. «Днепропетровский клан». «Партия власти». Период олигархата. Гонгадзегейт. Политический кризис в государстве. Усиление Кучмы. Вопрос политической реформы.

Такой нам видится схема истории Украины. Малороссы тоже имеют право на свою национальную гордость. Им нечего стыдиться своего прошлого – оно было прекрасным и героическим. Им есть за что уважать своих предков. И Украинская нация отнюдь не относится к числу неисторических. По крайней мере, в наших силах подкорректировать теорию Гегеля и доказать историчность украинской нации. Но нации как интегральной общности, а не этноса, который обрёл политические качества. Нации, как общности людей, проживающих на общей территории и объединённых совместным будущим.

Кость Бондаренко

Читайте новости Comments.UA в социальных сетях facebook и twitter.

Источник: proUA

Теги:

Версия для печати
28582
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Партнеры портала

Price.ua - сервис сравнения цен в Украине
властьвласть деньги деньги стиль жизнистиль жизни hi-tech hi-tech спорт спорт мир мир общество общество здоровье здоровье звезды звезды
Архив Экспорт О проекте/Контакт Информатор

Нажмите «Нравится»,
чтобы читать «Комментарии» в Facebook!

Спасибо, я уже с вами.

   © «Комментарии:», 2016

Яндекс.Метрика Система Orphus