УКРАИНА

материалы по теме:

Власть

Украинский чернозем в Германию уже не повезут

0

Директор «Центргосплодродия» Валерий Греков: «Вот в марте 2007 года у нас прошли пылевые бури. Но никто же и слова не сказал, до какого состояния эти аграрии довели землю».

«В Украине лучшие в мире черноземы». «Аграрии выведут страну из кризиса». «Украина спасет мир от голода». Примерно такие лозунги приходится слышать от наших политиков под очередной передел бюджета и внеочередные выборы. Правда, непосредственно вопросом наших «лучших в мире» черноземов властям мешает заняться то политический, то экономический кризис.

В тоже время, по оценкам специалистов, сегодня свыше 30 млн га земель сельскохозяйственного назначения следует признать деградированными, а около 17 млн. га – эрозионно-опасными. И это при общем количестве сельхозземель чуть более 40 млн. га. При этом ситуация только ухудшается. Ежегодные потери верхнего плодородного слоя почв, вследствие их эрозии, составляют 15-20 тонн с гектара. Уже становятся привычным явлением для украинских полей пылевые бури, которые раньше можно было наблюдать только в сюжетах телеканала Discovery.

Почему же Украина не в состоянии остановить ухудшение качества «лучших в мире черноземов», proUA решил узнать у директора государственного центра «Центргосплодородие» Валерия Грекова. Тем более, в конце прошлого года правительство обещало наделить Центр всеми необходимыми полномочиями для контроля над состоянием украинской земли. Не только контролем, но и возможностью вводить санкции для нерадивых земледельцев.

В конце прошлого года премьер-министр Юлия Тимошенко заявила о желании правительства создать Государственную службу по охране плодородия почв. Планировалось, что она будет создана на базе вашего Центра и начнет работать уже с начала текущего года. Как сегодня ситуация с созданием Службы?

24 сентября было совещание у премьер-министра, где присутствовал наш министр Юрий Мельник, его заместитель и еще человек 20-ть. Это был «узкий круг». Речь шла о состоянии нашей земли. Премьер-министр задала мне несколько вопросов – в каком состоянии сегодня находится наша служба, какие у нас контролирующие функции, техническое обеспечение и нормативно-правовая база?

Ну, по нормативно-правовой базе я ей немного пожаловался. Ведь любой документ, проект закона или постановления Кабмина нам сегодня надо согласовывать в Минфине, Минюсте, Госкомземе, Минприроды. И тут вступают в противоречия ведомственные интересы. А пока мы глубокого взаимопонимания с тем же Минюстом не находим.

Почему?

Так у нас получилось в государстве, что такой орган как Госкомзем (Государственный комитет по земельным ресурсам – «proUA»), корнями выходящий из Минагрополитики, сегодня является учреждением, которое со всех сторон подкреплено законодательными актами и имеет все рычаги управления землей. Наверное, у предыдущего руководства Госкомзема настойчивость, активность и организаторские способности были на должном уровне.

И теперь они, можно так сказать, в авторитете у Министерства юстиции. Поэтому, когда МинАП что-то предлагает Минюсту, там всегда спрашивают – а что думает по этому вопросу Госкомзем?

Ну, а в плане земли у нас с комитетом существует некоторый диспаритет. Почему? Я думаю, что любой (даже городской) житель слышал, что у нас существует «охрана земель». Но далеко не каждый слышал, что существует и «охрана почв». И тут Госкомзем нам говорит, что понятие «охрана земель» более полное и обобщенное, а охрана почв всего лишь «составляющее». Но если вычленить из этого понятия охрану почв, то в той «охране» ничего не останется. Поэтому, у нас и нет охраны почв, чернозема. Спрашивается, к чему эти слова?

И к чему же?

А к тому, что под эти слова даются государственные программы. А это финансирование. К примеру, считается, что охрана земель – это приоритет Госкомзема. А если пахотных земель в Украине – 70%. Понимаете?!

Я так понял, что Вы все это рассказали руководству правительства. Но где же результат?

Премьер-министр выслушав доклад Министра аграрной политики и мои ответы на заданные вопросы, заявила, что это ненормальное положение, когда орган Минагрополитики, который занимается землей, не имеет никаких рычагов влияния и контроля за ее использованием. Также она акцентировала внимание о необходимости создания лабораторий европейского типа, так как наша материально-техническая база пришла к износу и большинство приборов устарели морально и физически. Тут же дала поручение заместителю Министра финансов, Марковскому Анатолию Ивановичу, который сидел со мной рядом. Глава правительства сказала: «Составляйте смету на все эти приборы». Минфину же поручила профинансировать эту смету. Повторюсь, это было 24 сентября.

Было и поручение МинАП на нашей базе создать службу по охране плодородия почв. К тому же, эта служба выписана в ряде законов, в указах Президента и решениях СНБО. Поэтому, открытия тут никакого не было.

Тогда речь о кризисе еще не шла. Но через пару недель наше правительство «признало» кризис. Это стало помехой для создания Службы?

Ну, не только кризис помешал нам создать в стране орган, который мог бы следить за нарушениями в обращении с землей, и вводить санкции для нерадивых хозяев. Бюрократический аппарат также не позволял нам создать эту государственную службу.

Я знаю, что следующим шагом в направлении «улучшения контроля над состоянием наших черноземов» стало сокращение в пять раз финансирование Центра из государственного бюджета в этом году…

При составление бюджета этого года были упущены некоторые моменты. И против 52-х миллионов гривен, которые у нас были в прошлом году, в этом году нам запланировали 10 миллионов.

Такая ситуация вызвала очень большие волнения в областях. Ведь у нас 1690 сотрудников, в том числе от 45 до 90 в каждом областном центре. Многие из них находятся в пригородной зоне, в прилегающих селах. И если мы уволим человека – идти ему больше некуда. Тем более, это специалисты узкого профиля.

Обращались мы по этому вопросу во все-все инстанции, но письма для ответа возвращались, опять же, нам. В общем, все это стоило нам много сил и нервов. Но, надо отметить, что благодаря нашему Министру, который понимая всю серьезность ситуации, пошел нам на встречу, проблема была частично решена. Было сделано перераспределение финансов из других статей. В итоге, вместо 10 млн. грн., при которых нужно было оставить только 18 % сотрудников, дали нам 34 млн. гривен. Учитывая, что в стране кризис, это более-менее...

Но сокращать сотрудников приходиться?

Ясно, сколько денег – на столько и можно жить. Увольняем, в первую очередь, социальнозащищенных, отправляем их на пенсию. Мы перед ними извинились. Но, конечно, не все приняли наши извинения.

Какие основные программы сегодня выполняет Центр, на что идут бюджетные средства?

Службе нашей 45 лет. При советской власти делали агрохимические обследования. В каждом колхозе-совхозе висели наши агрохимические картограммы. Но тогда это была совершенно другая служба. Ведь стоимость тех же минеральных удобрений была мизерной. Их выдавали по разнарядке. А сейчас все это нужно купить.

Поэтому, перейдя на рыночные взаимоотношения, изменились и отношения к нашим обследованиям. Мы сейчас проводим агрохимическую паспортизацию земель. Она, по большому счету, продолжает проводимые ранее агрохимические обследования. Только в более полном, завершенном варианте. Раз в 5 лет мы должны обследовать каждый кусочек земли сельскохозяйственного назначения, или за 1 год – пятую часть земель нашей страны.

В каждой области у нас имеется областной центр «Госплодородие», который занимается своим регионом. Результаты всех обследований мы сравниваем и выявляем происходящие процессы.

Это первая наша программа. Кстати, в текущем году ее финансирование уменьшили в 10 раз – до 790 тыс. гривен.

Вторая программа – «Исследования и экспериментальные разработки в агропромышленном комплексе».

А это что такое?

Это основная наша программа, в рамках которой мы проводим полевые опыты в областях, мониторинг качественного состояния почв. Собственно говоря, за счет этой программы и живет наша служба.

И какие последние тенденции с состоянием наших черноземов сегодня Вы заметили по результатам работы Центра? Вот, например, эксперты говорят, что до 17 млн. га украинских земель на сегодняшний день эрозионно-опасны. Миллионы гектаров нужно срочно вывести из земледелия…

Мы сегодня уже близки к кризисному состоянию почвенного покрова. Ведь ресурс почвы исчерпаем. То есть, органическое вещество расходуется, а пополнения его нет. Например, для этого используется навоз крупного рогатого скота. А какая ситуация у нас в стране со скотом?

Стремительное сокращение поголовья …

Да. Скот вырезают. Численность коров сильно сократилась. Навоза фактически нет. И скоро машина навоза будет стоить бешеные деньги.

А минеральные удобрения?

Минеральные удобрения не поддерживают потенциальное плодородие. Они влияют на эффективное плодородие. Но никак не препятствуют обеднению земли, что сегодня и происходит.

Есть еще такой момент – у нас раньше были противоэрозионная обработка почв, соответствующие программы по мелиорации. Была система полезащитных лесополос. Велся контроль за сельхозобработками.

А что сейчас? Потребительское отношение к земле. Этому способствовала и наша земельная реформа. Сегодня пришел человек (далекий от земли), вложил деньги и хочет побыстрее получить прибыль. Он «высосет» оттуда все, что можно. Прошло три-четыре года, он «пенку снял» - и перепрыгнул на другое свободное поле.

Тем более, арендная плата у нас не такая уж и высокая….

Абсолютно. Впервые годы у нас, образно говоря, за два мешка половы пай брали в аренду. Ведь крестьянин, которому дали эту землю, самостоятельно обработать ее не может. Что делать с ней – он не знает. Он рад всему, что дадут ему за этот пай.

Вот в марте 2007 года у нас прошли в южных областях пылевые бури. Все заговорили о компенсации аграриям потерянного урожая. Но никто же и слова не сказал, до какого состояния эти аграрии довели землю. И какие потери почвы? Разве это хозяйское отношение к земле?

Земля – это живое тело, которое нужно подкармливать (если из него уже что-то берешь).

Но сколько сегодня земли нам нужно вывести из оборота из-за потери почвенного покрова?

Я вам точную цифру назвать не смогу. Потому, что у нас и учет страдает. Это же сфера Госкомзема. Но тут должен сказать, что мы неоднократно подавали проект закона о агрохимической паспортизации и консервации земель. Это было два разных проекта закона, но в Верховной Раде нам порекомендовали объединить их в один. Проект закона о консервации земель предполагал те вещи, о которых вы спрашиваете. То есть, выявлять те площади, которые уже непригодны для земледелия. И таких у нас в стране очень много. Но этот проект закона не пропустили.

Еще хотел сказать об использовании земли. В последнее время люди придумали одни проблемы решить за счет других. Вот говорят – у нас в стране проблемы с топливом. В первую очередь – с газом. Показывают теперь по телевизору, как хорошо топить соломой. Сколько экономии. Красота! Бесплатное топливо. Да?

А что такое бесплатное топливо? Для того, чтобы этот тюк попал в эту печку, его надо вырастить. И эта солома что-то же потянула из почвы? Надо пшеницу обмолотить, затюковать, доставить и сжечь. Тут еще надо посчитать, насколько это «бесплатное».

Ну, у нас еще активно в последнее время говорят и о биогазе…

Такой момент (с биогазом) может быть. Потому, что полезным для почвы является коровий навоз. А утилизация отходов от крупных свинокомплексов вполне может быть.

Но, сжигая солому, мы лишаем землю возврата органических остатков. То есть, пополнения источника органики. Навоза нет, солому вынесли и сожгли – земля не получает компенсации и обедняется.

И еще. Есть такое понятие, как плата за землю. В законе о плате за землю было предусмотрено (статьи 20 - 22), что 30% от этой платы должно поступать на специализированные счета для мероприятий по улучшению состояния почвенного покрова. Но несколько лет назад действия этих статей «тормознули». А потом вообще исключили.

Верховная Рада?

Да, Верховная Рада. Таким образом, на сегодняшний день изымается 4-4,5 млрд. гривен реальных денег. Куда они поступают потом – я не знаю. Но точно, не на землю. Я понимаю, что поддерживать учителей, врачей надо, но получается, что из земли мы высасываем ресурсы, а средств на уход за нашими черноземами у нас нет.

Скажите, а могут ли специалисты Центра провести обследования качества почвы, например, моего пая? Признаюсь, довольно скромного по своей площади…

Наши региональные центры «Облгосплодородие» предоставляют также платные услуги, в которые входит агрохимическое обследование приусадебных участков и тому подобное. Работают над этим агрохимики-почвоведы, агрономы.

Они могут посоветовать людям (после исследования земли), что и где лучше садить? Например, здесь лучше помидоры, а там – картошку?

Да, кроме выдачи соответствующего паспорта с характеристиками земли, наши специалисты предоставляют и рекомендации по наиболее эффективному ее использованию.

Сколько это стоит?

Стоит это до смешного мало – 70-80 гривен. Для примера могу сказать, что подобные услуги частной компании обойдутся вам в 2000 гривен. За одни образец.

Один образец – это с какой площади? Например, если я захочу провести на своей даче такие исследования, сколько образцов мне придется у вас заказать?

Количество отбираемых образцов зависит от размера участка. Если это приусадебный участок, то это будет 1 образец. За методикой агрохимической паспортизации, количество образцов зависит от почвенно-климатических зон. Например, для Полесья один образец берется с площади в 5 га, а для степной зоны – с 15-20 га.

Координаты областных отделений Центра «Госплодородие»   

Читайте новости Comments.UA в социальных сетях facebook и twitter.

Источник: Юрий Школяренко

Теги:

Версия для печати
127052
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Партнеры портала

Price.ua - сервис сравнения цен в Украине
властьвласть деньги деньги стиль жизнистиль жизни hi-tech hi-tech спорт спорт мир мир общество общество здоровье здоровье звезды звезды
Архив Экспорт О проекте/Контакт Информатор

Нажмите «Нравится»,
чтобы читать «Комментарии» в Facebook!

Спасибо, я уже с вами.

   © «Комментарии:», 2016

Яндекс.Метрика Система Orphus