"Меня хотели заставить молчать": предприниматель заявил о преследовании после отказа от схемы "Большого строительства"

Фото: портал "Комментарии"

Предприниматель Владимир Нагорный о коррупционной схеме в программе "Большая стройка", отказе от участия и дальнейшем преследовании

Предложение участия в схеме

— Владимир, с чего все началось? Когда вы впервые столкнулись с тем, что назвали коррупционной схемой?

Это был 2020 год. Я тогда работал как предприниматель – производство бетонных изделий. В тот период как раз разворачивалась государственная программа "Большая стройка", под нее выделялись большие бюджетные средства на дороги и инфраструктуру. Ко мне вышли люди, связанные с распределением подрядов по этой программе, и предложили зайти в схему.

— Кто к вам обратился и что конкретно предлагали?

Ключевой фигурой был Иван Чайковский – нардеп. Суть предложения сводилась к откатам: чтобы получать заказы в пределах "Большого строительства", нужно было возвращать часть средств по государственным контрактам наличными. Мне прямо дали понять, что без этого никаких контрактов не будет, а бизнесу создадут условия.

– Как вы отреагировали?

Я отказался. Для меня это был вопрос принципа – я не собирался участвовать в хищении бюджетных денег. Я сказал об этом открыто, и наверняка именно открытость стала моей главной ошибкой в их глазах. Люди такого уровня не привыкли слышать "нет".

Последствия отказа

– Что изменилось после того, как вы отказались?

Очень быстро начались проблемы. Сначала давление по бизнесу: исчезли заказы, появились проверки, контрагенты начали отказываться от сотрудничества. Фактически мой бизнес начали планомерно закрывать.

– Вы пытались защититься законным путем? Куда вы обращались?

Да, я не молчал. Сначала я пошел в полицию — хотел официально заявить, что мне предлагали откат за государственные контракты в рамках "Большого строительства". Но в полиции меня фактически "послали": заявление не оформили, дали понять, что это не их, и посоветовали не искать себе проблем. Тогда я обратился в прокуратуру — подал заявление об уголовном правонарушении, о предложении взятки по тем же обстоятельствам, которые я только что описал. И произошло абсурдно: это мое заявление у меня даже не приняли и не зарегистрировали должным образом. В то же время прокуратура вскоре открыла уголовное производство уже против меня. То есть я пришел заявить о преступлении – а фигурантом сделали меня.

— Поступали ли вам лично угрозы до того, как против вас открыли уголовное производство?

Да. Открытию уголовного производства предшествовал период прямого устрашения. После моих попыток подать заявления в полицию и прокуратуру, еще до 9 октября 2020 года, мне начали угрожать. Сначала это были намеки из-за посредников — мол, я "пожалею", если не заберу свои заявления и не буду молчать. Дальше угрозы стали откровенными: мне звонили по телефону и предупреждали, что у меня "будут серьезные проблемы", что пострадаю не только я, но и мои близкие, и что меня "закроют" — то есть сфабрикуют против меня уголовное дело, — если я не прекратю своих попыток заявить о схеме. Несмотря на эти угрозы, я пытался обратиться выше — в правоохранительные органы в Киеве, вне местного влияния, — но и это результата не дало: система уже сомкнулась вокруг меня. И только когда устрашение не заставило меня замолкнуть, против меня сфабриковали уголовное дело о наркотиках и оружии.

— Расскажите об этом уголовном деле.

Именно после этих обращений, 9 октября 2020 года, против меня было открыто уголовное производство. Мне инкриминировали хранение наркотиков и оружия. Но все это вроде бы нашли в квартире, где я никогда не проживал. Наркотики и оружие подбросили туда. Это был ответ на мой отказ и на то, что я посмел пойти в полицию и прокуратуру, меня решили сделать управляемым или убрать как проблему.

— Вы связываете это дело с отказом от схемы? Почему не с чем-нибудь другим?

Из-за совпадения во времени и логики событий. Только я отказался заходить в схему и попытался заявить о ней официально — и почти сразу появилось обвинение на пустом месте. Я привлек адвоката, дело тянулось вяло, годами. Тогда я воспринимал это еще как юридическую проблему, которую можно решить в правовом поле, а не как угрозу жизни.

Война, волонтерство и выезд

— Наступил 2022 год, полномасштабное вторжение. Чем вы занимались?

Я активно волонтерил. Организовывал и лично перевозил гуманитарную помощь и технику – автомобили, оборудование – для Вооруженных Сил. Сохранились акты приема-передачи, грамоты от воинских подразделений. Поэтому я много раз легально пересекал границу — это были волонтерские поездки, а не бегство. Если бы я убегал, я бы не возвращался в Украину каждый раз.

Почему решил говорить публично

— Почему вы обратились к журналистам и согласились с этим интервью?

Потому что молчание работает на тех, кто это делает. В апреле 2026 года я обратился в редакцию с просьбой провести журналистское расследование — сообщил все, что знаю о схеме в "Большом строительстве" и роли Ивана Чайковского. Я хочу, чтобы эти факты были проверены независимыми журналистами. Это не месть – это попытка навести порядок в стране, куда я хочу вернуться и где я хочу жить.

— Что вы ждете дальше?

Чтобы факты проверили и обнародовали. Мне важно, чтобы было понятно: человека преследуют не за преступление, а за то, что он отказался воровать вместе с ними и осмелился заявить об этом. И я стараюсь, чтобы виновные были наказаны, а моя страна – вычищена от коррупционеров, которые возглавляют власть, как нардеп Иван Чайковский.

Читайте Comments.ua в Google News