УКРАИНА

Олег Рыбачук: Закрытость президентской Администрации очень опасна для самого Януковича

0

0

Сейчас Европа от нас далека, как никогда. Правда у нас есть шансы это исправить. Так считает бывший вице-премьер по европейской интеграции, а позже – глава Секретариата Президента Виктора Ющенка Олег Рыбачук

- Олег Борисович, чем вы сейчас занимаетесь?

- Я работаю независимым директором двух очень крупных международных структур. Еще одна моя должность – руководитель Общественного экспертного совета Украина-ЕС. В его состав входит 31 человек. Это люди, представляющие неправительственные организации, аналитические центры и международные фонды, занимающиеся вопросами европейской интеграцией в сотрудничестве с правительством. Показательно, что, хотя я был назначен на должность предыдущим правительством, со сменой власти эта работа продолжилась.

- Скажите как специалист по евроинтеграции: Европа сейчас далека от нас, как никогда?

- Реально – да. Я только что вернулся из Берлина, где обсуждались вопросы восточного партнерства. И я действительно понял для себя, что Европа для нас очень далека. Янукович, который четко ассоциировался с пророссийским вектором и чуть ли не должен был возвратить Украину в «нео-СССР», сейчас не устает повторять, что европейская интеграция является для него стратегической. Причем делает это даже жестче, чем Ющенко. Янукович считает, что он более предсказуемый партнер для Европы, чем его предшественник. Европа, в свою очередь, повторяет, как мантру, одно и то же: дверь для Украины не закрыта. Но этот диалог – виртуален.

Этих дверей никто в глаза не видел. Без микрофона европейские политики говорят, что дистанция между реальной Украиной и той Украиной, которую хотят видеть в Европе, огромна. И это подтверждает последняя резолюция ПАСЕ. В этом документе было четко заявлено, что Украина откатилась назад в плане демократии и гражданских свобод, реформировании силовых структур и судов и т.д. Европейские партнеры обеспокоены уровнем демократии в стране. Это все равно, что из здания вымывается фундамент, который с таким трудом был построен. Ведь то, что с точки зрения демократии Украина была безусловным лидером на постсоветском пространстве, признавали все. Теперь все признают, что у нас в этой области начались проблемы и опасные тенденции. Тот факт, что за резолюцию ПАСЕ проголосовали почти единогласно (кроме России), серьезный сигнал для нас.

- Зачем Янукович так часто ездит в Европу? Ведь после его поездок (кстати, за госсчет), мы ни на йоту не приближаемся к ЕС.

- Я бы сказал наоборот, что Президент Украины значительно больше внимания уделяет поездкам не в европейские столицы, учитывая его неизменно повторяющиеся заявления о членстве в ЕС как стратегической цели. Конечно же, не только количество визитов определяет уровень сотрудничества, и пришло время серьезно проанализировать, почему в реальном измерении Украина все больше отдаляется от Европы. Кому-то нужно сказать об этом вслух. И те общественные структуры, с которыми я сотрудничаю, уже начали эту работу.

- Что для нас должно стать позитивным результатом сотрудничества с Европой? Подписание соглашения по ассоциативному членству? Упрощение визового режима?

- Дело в том, что наши и европейские политики по-разному понимают процесс евроинтеграции. Для любого украинца евроинтеграция – это интеграция в Евросоюз. У нас есть повестка дня на следующий саммит «Украина-ЕС», где украинская сторона рассчитывала подписать (теперь понятно, что этого не будет) соглашение об ассоциации и план действий по визовому режиму.

Безусловно, это очень важно. Перед украинским бизнесом открывается самый большой рынок в мире, а возможность беспрепятственно путешествовать по Европе уже давно стала мечтой для большинства наших сограждан. Но при этом следует обязательно отметить, что и зона свободной торговли, и безвизовый режим вовсе не являются гарантией будущего членства в ЕС. Ведь ЕС подписал подобные соглашения об ассоциации со странами Латинской Америки, Австралией, Новой Зеландией и т.д., то есть, теми государствами, которые не имеют отношения к Европе и не ставят целью быть членами ЕС. Евросоюз заинтересован в таких соглашениях, в частности, потому, что может торговать с другими странами по своим правилам. Это предусматривает зона свободной торговли.

То же самое можно сказать о визовом соглашении. Ведь Босния и Герцеговина, Албания и Турция, которые стоят в очереди на членство в ЕС, ездят в Европу по визам. А та же Австралия, Япония, страны Латинской Америки имеют безвизовый режим. Для Европейского Союза это просто вопрос миграции, не имеющий отношения к членству. Эту разницу нужно понимать. И главный вопрос для обычных граждан – не столько предоставление Украине формальной перспективы членства в ЕС, сколько переход к европейскому уровню жизни. Когда ты об этом говоришь европейцам, они отвечают: вы должны проводить реформы. Когда говоришь украинским политикам – они отвечают, что нет мотивации. И на самом деле, опыт наших соседей свидетельствует о том, что предоставление реальной перспективы членства в ЕС – это и есть самая мощная мотивация.

- Кажется, именно эта мотивация помогла в свое время вступить в Евросоюз Польше. Сейчас слаженность в этом вопросе демонстрируют Балканы…

- Действительно, несмотря на то, что балканские страны – очень сложные и конфликтные в этническом отношении, их лидеры согласны в одном: в желании быть членами Евросоюза. А Украина зашла в тупик.

В Украине не произошло самого главного, что привело другие страны соцлагеря к членству в ЕС. У нас не перестроился, не переучился государственный аппарат, который за это отвечает. И если сейчас случится такое «горе», что мы подпишем соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли, то быстро обнаружим, что у нас не готова ни одна институциональная структура для воплощения этого соглашения в жизнь. А ведь, в отличие от декларативных документов, это соглашение будет требовать от Украины четких сроков реализации обязательств по имплементации. При этом у нас даже центра нет, который мог бы координировать все эти процессы, осуществлять коммуникацию с Брюсселем и при этом обладать полномочиями.

- Так у нас и профильного вице-премьера нет…

- За это сейчас отвечает вице-премьер по экономическим реформам Сергей Тигипко. В его должности евроинтеграция прописана через запятую. При этом аппарат вице-премьера полностью оторван от реформирования госаппарата. И ведь придумывать ничего не надо, у европейских стран уже есть опыт, как это сделать. В свою время они полностью поломали бюрократическую машину в странах соцлагеря, хотя там ситуация была не менее плачевная, чем сейчас в Украине. Но эти страны приняли четкое решение, включили все механизмы для его реализации, и их институты начали работать по европейским стандартам. Нам тоже ничто не мешает начать эту работу. Просто нужен конкретный проект.

Например, энергетическое сотрудничество. Вот если бы чиновники Украины и Европы поставили целью привести в соответствие к евростандартам все структуры, все регуляторы энергорынка, то мы бы очень скоро увидели, что коррупция ушла автоматически, потому что она просто невозможна в новых условиях. А теперь представим, что помимо энергосотрудничества мы занялись и другими секторами с таким реформированием институций. Если государственные винтики начнут работать по европейским стандартам, то остальным шестеренкам некуда будет деваться. А сейчас у нас совдеповские винтики и 350 тысяч госчиновников, которые не переобучались. Они пережили не одного руководителя, их ничем не испугаешь, и они не заинтересованы в переучивании или реформировании самих себя. Это должен быть независимый орган с широкими полномочиями.

- Европа обеспокоена уровнем демократии и гражданских свобод в Украине. Как думаете, может нам грозить изоляция? Или, наоборот, европейские страны откроют свои границы, чтобы лучшие украинские специалисты могли выехать из страны?

- Европа сейчас приняла формулу: вы демократически избрали такую власть, поэтому до следующих выборов она будет представлять Украину. В то, что эта власть набрала на выборах менее 50% голосов избирателей (самый низкий показатель за всю историю выборов Президента) и под другие полномочия, никто не вникает. Но все представители разных европейских институтов в один голос говорят о том, что они серьезно обеспокоены сворачиванием демократии. Всем понятно, что эта власть избрала формулу максимальной закрытости от общества. И мы не получаем даже те ответы на вопросы, на которые имеем полное право…

- Поговорим о российском векторе. Как вы думаете, скоро Янукович станет для Кремля новым Лукашенко?

- Пока инициатива на стороне России, и им не о чем волноваться. Зато волнуются в команде президента. Ведь, несмотря на громкие заявления о том, что мы получили дешевый газ, сейчас Украина платит за него больше, чем Германия. Дело в том, что у украинских политиков нет своего видения построения отношений с Россией, и они просто выполняют план, навязанный соседом. Между тем, ментальность РФ не поменялась: там по-прежнему проводят политику неоколонизации.

Видимо, Янукович рассчитывал, что, отказавшись от вопроса НАТО и продлив срок размещения Черноморского флота, он будет считать обязательства перед Россией выполненными, и у него будут развязаны руки. Но он ошибся. Аппетит приходит во время еды. Ведь сейчас на самом высоком уровне выдвигаются требования об экономической интеграции, таможенном союзе, объединении «Газпрома» и «Нафтогаза». То есть, идут попытки создать единый экономический организм, в котором интересы и экономические дивиденды Украины далеко не на первом месте. Ведь даже поверхностный анализ совместного сотрудничества России, Казахстана и Беларуси в рамках таможенного союза показывает, что 80% прибыли идет России.

Дело в том, что для РФ добрососедские отношения – это когда другая сторона делает то, что они им говорят. В противном случае, начинаются проблемы, как у Лукашенко. И для команды Януковича это большой вопрос: как построить нормальные отношения с Россией, но при этом сохранить суверенитет. Пока у них ответа нет. Значит, нужно искать его вместе, привлекая лучших экспертов и проводя публичную дискуссию.

- Вернемся к внутренней политике. Что вы думаете об изменении государственного строя в стране?

- Главная опасность президентской формы правления, как ее понимают в Украине – то, что она неподконтрольна обществу. Например, какая структура может проверить финансовые дела госуправления делами при Президенте? Кто посмеет? То есть, нынешняя власть пытается полностью освободиться от гражданского контроля. Кто видел структуру президентской Администрации? Подобная закрытость свидетельствует о том, что глава Администрации управляет всем единолично. У Левочкина есть опыт работы в жесткой системе, он даже названия старые восстановил. Кроме того, Администрация сейчас получила расширенные полномочия, в результате чего функции Кабинета министров свелись к дублирующим.

При этом, повторяю, структура предельно закрытая, а ответственность чиновников Администрации размыта. И это очень опасно для самого Януковича. У него сейчас нет громоотвода, и в глазах народа вся вина за недочеты, невыполненные обещания и провалы в работе будет лежать исключительно на нем. Рано или поздно перед ним встанет вопрос, как вернуть управляемость государственной машине, которая может остановить любые реформы и похоронить начинания. Иначе на следующих выборах Януковича ждет неприятный сюрприз. Очевидно, что нынешняя команда, как и когда-то «Наша Украина», изначально не была готова к власти. Для них власть была самоцелью, реваншем. Сейчас они так увлеклись борьбой за власть, что, когда придет время отвечать, уже поздно будет что-то исправлять.

- Вы общаетесь с Ющенко?

- Последний раз мы разговаривали на мой день рождения года три назад. А так «общаемся» через прессу. Я помню, у нас были параллельные интервью, нам задавали почти одни и те же вопросы, но у нас были очень разные ответы на них. Я по-прежнему согласен с тем, что декларировал и декларирует Ющенко. Но нас разъединила колоссальная разница между тем, что он говорил, и что реально делал, по каким правилам призывал жить других и по каким правилам жил сам. Для меня это было большим уроком. Я года два не мог от этого отойти. Ющенко мог сделать много для изменения страны, даже не имея большинства в парламенте. Например, начать с реформирования собственного хозяйства. Посмотреть на ту же «ДУСю» - это же Ватикан, государство в государстве, владеющее огромными ресурсами и пожирающее бюджетные деньги бесконтрольно. Нигде в цивилизованном мире при Президенте нет такого органа.

- Что помешало Ющенко добиться реальных подвижек на пути Украины к Европе?

- Думаю, главная причина – что у него не было четкого видения своего президентства. Ведь я с ним работал долго, и помню, что как глава НБУ он точно знал, что нужно делать. Потому и вошел в список лучших руководителей центробанков мира. Став премьером, он тоже с первых дней четко видел, как надо действовать. Убрать бартер из бюджета, коррупцию в энергетическом секторе. Поэтому, собственно, он и взял Тимошенко, понимая, что она, будучи в свое время частью этого коррупционного мира, сможет с ним лучше бороться. Уйдя в оппозицию, он пообещал, что сформирует крупнейшую оппозиционную фракцию и выиграет выборы, и сделал это. А вот что делать дальше, он не знал. У него не было ответа, что делать с конституционной реформой, его затянули разборки с Тимошенко. Для меня это было очень удивительно, я ведь помню, как он возмущался отношением к нему Кучмы, когда тот был Президентом, а Ющенко – премьером. А ведь Ющенко по отношению к Тимошенко действовал куда более жестко.

Еще одна ошибка Ющенко – он собрал вокруг себя очень сложную компанию несовместимых людей и все силы тратил на то, чтобы их удержать. Больше ни на что его не хватало. Когда я стал вице-премьером и предложил ему план действий в этом направлении, он пообещал мне, что еженедельно будет собираться правительство, где будет обсуждаться, что за неделю каждый министр сделал для приближения Украины к ЕС. За полгода вице-премьерства я видел Ющенко полтора раза, и мы говорили о чем угодно, только не о европейской интеграции.

- Как вы относитесь к тому, что происходит в «Нашей Украине»? Вы больше не имеете отношения к партии?

- А я никогда и не имел. Многие думают, что я был членом партии, потому что в свое время произошел один курьез. Когда я стал вице-премьером, меня автоматически включили в руководящий совет партии. Я тогда спросил у министра юстиции Зварича, можно ли быть членом руководства партии, не будучи ее членом, он понял сарказм, рассмеялся и ответил, что может показать мне мое заявление. Которое, естественно, я не писал. Что касается «Нашей Украины», то я видел, как создавалась эта партия, и понимал, что ничего хорошего из нее не получится. Это была номенклатурная партия власти, в которую пришла масса приспособленцев. Они так и не смогли объединиться в одну политическую силу. Не последнюю роль играла и позиция самого Ющенко. То он терял интерес к партии, то говорил, что нашел их всех на помойке, то еще что-то. Мне симпатичны новые лица в «Нашей Украине», в частности, Валентин Наливайченко и Владимир Огрызко. Если Наливайченко будет позволено, и он сможет обновить партию на две трети, а у Ющенко хватит политической воли отойти и не вмешиваться, у «Нашей Украины» появится шанс.

- Вы сами-то в это верите?

- Нет. Не верю.

Читайте новости Comments.UA в социальных сетях facebook и twitter.

Источник: Беседовала Виктория Чирва

Теги:

Версия для печати
Загрузка...
Loading...

Партнеры портала

Price.ua - сервис сравнения цен в Украине
властьвласть деньги деньги стиль жизнистиль жизни hi-tech hi-tech спорт спорт мир мир общество общество здоровье здоровье звезды звезды
Архив Экспорт О проекте/Контакт Информатор

Нажмите «Нравится»,
чтобы читать «Комментарии» в Facebook!

Спасибо, я уже с вами.

   © «КомментарииУА:», 2016

Система Orphus