comment

Рубрики

comment

МЕНЮ

Блог

Андрей Мишин: ХОД ТУРАНСКИМ КОНЁМ

Турция выполняет наиболее тяжелую работу по выстраиванию диалога с Россией от лица Запада, и демонстрирует готовность разговаривать с позиции жесткой силы(hard power) в кризисных ситуациях.

0

comments6979

Андрей Мишин

Политический эксперт

Заслуженный деятель науки и техники Украины. Профессор. Работал: МИД Украины, Секретариат Кабинета Министров Украины, аппарат СНБО Украины, МинНауки и Образования Украины.   

На фоне мнимых и реальных неудач на международной арене, вязкости и неопределенности геополитической ситуации, явной недостаточности действий мирового сообщества по противодействию непрекращающийся российской экспансии и агрессии против Украины, политическое руководство нашей страны все активнее бравирует своими тесными связями с Анкарой. Отношения двух стран действительно соответствуют духу и характеру декларируемого стратегического партнерства. При этом Турция - сильный торговый партнер с вместительным рынком, куда можно поставлять украинские товары, с возможностью транзита на Ближний Восток.  

  В октябре 2020 года, во время визита Владимира Зеленского в Стамбул, Украина и Турция сделали совместное заявление о дальнейших «усилиях, направленных на деоккупацию Автономной республики Крым и города Севастополя, а также на восстановление контроля Украины над отдельными районами Донецкой и Луганской областей». Наша страна приобрела (и уже опробовала в деле) беспилотники Bayraktar TB2. Ведутся переговоры о совместном производстве вооружений.

10 апреля 2021 года Президент Украины снова встретился с Президентом Турции Реджепом Тайипм Эрдоганом в Стамбуле, подняв тему сосредоточения российских войск вдоль украинской границы. Турция и Украина даже провели совместное заседание правительств. Хотя Эрдоган высказался в несколько примирительном духе и призвал к деэскалации, но в целом поддержал Украину. 

Важность поддержки Украины турецким лидером заключается в том, что что Турция – единственный член НАТО, кто не декларациями, а делом доказал готовность сдерживать экспансию Кремля. В 2020 году турецкие беспилотники нанесли тяжелый урон российским миньонам –  сирийскому режиму Асада и Ливийской национальной армии генерала Хафтара, а также уничтожили немало поставленной Россией техники. Яркий пример – Нагорный Карабах. Там Турция сумела проникнуть и закрепиться на территории, которую Москва считала своей исключительной сферой влияния. Кроме того, Турция все более становится новым морским региональным лидером, ведя свою, порой довольно дерзкую, морскую политику в Черном и Средиземном морях.

По итогам июньского 2021 года мини-саммита НАТО и Женевской встречи Джо Байдена и Владимира Путина, для многих экспертов стало очевидным, что отличие турецкой политики от других игроков в том, что только Турция выполняет наиболее тяжелую работу по выстраиванию диалога с Россией от лица Запада, и при этом демонстрируя готовность разговаривать с позиции жесткой силы.  Можно утверждать, что в краткосрочной и среднесрочной перспективе, сдерживающим фактором для Кремля будет эта готовность Анкары применить hard power в кризисных ситуациях.

Оптимизма украинским политикам и экспертам добавила «Шушинская декларация о союзнических отношениях между Азербайджанской Республикой и Турецкой Республикой», подписанная президентом Турции в рамках поездки в Азербайджан 15-16 июня 2021 года. Документ касается многих направлений сотрудничества между двумя странами, но прежде всего в сфере обороны, и создания военной базы Турции в Азербайджане.

«Вариант с созданием турецкой военной базы в Азербайджане не выходит за рамки положений декларации. Эта тема может получить свое развитие в ходе консультаций президента Азербайджана Ильхама Алиева с президентом РФ Владимиром Путиным. И в ходе наших переговоров она тоже может реализовываться по-своему», — заявил Эрдоган на итоговой пресс-конференции.

Даже теоретическая возможность размещения на территории Украины военной базы страны, имеющей вторые по численности вооружённые силы среди членов НАТО, в рамках развития стратегических союзнических отношений Киева и Анкары, кардинально меняет военно-политическую ситуацию в регионе, создавая мощную силу для сдерживания агрессии Кремля. Однако, при оценке вероятности подобного сценария следует учесть три фактора: доминирующую идеологию правящего режима Турции, характер американо-турецкого диалога (включая диалог Анкары с ЕС и Западом в целом), а также конкурентно-партнерские личностные отношения Эрдогана и Путиным.

 

Проект Великого Турана

Турция сегодня – это, по сути, идеологизированное государство, Глава государства Реджеп Тайип Эрдоган позиционирует свою Партию справедливости и развития как сторонницу «умеренного исламизма», сравнивая ПСР с консервативным блоком ХДС/ХСС в Германии.  В свое время Эрдоган стремился убрать систему сдержек от сползания республики к восстановлению исламского характера государства. Гарантом светского строя страны всегда была турецкая армия, которая постоянно организовывала перевороты, как только появлялась угроза светскому характеру Турецкой Республики. Эрдоган сумел отстранить армию от политических процессов, изменив несколько важных статей Конституции. Но при этом идеологический набор доктрин, на которые ориентируется правящая власть Турции, не ограничивается «умеренным исламизмом».

Важная составляющая идейной ориентации Эрдогана и его партии, «неоосманизм» - идея восстановления турецкого доминирования с помощью как мягкой, так и жесткой силы на всем пространстве, которое занимала Османская империя. 28 января 1920 года османский парламент принял Национальный обет, по которому определялись уже не границы Османской империи, а того государственного образования, которое появилось на ее обломках, то есть Турецкой Республики. Если руководствоваться духом этого документа, то в границы Турции входил Кипр, полоса вдоль всей северной границы Сирии, пограничные районы Ирака, Мосул и Киркук. Именно в этих регионах отмечается давление Турции иногда с прямым захватом территорий.

Третья составляющая официальной турецкой идеологии «пантюркизм» – идея создания «Великого Турана», государственного образования от Адриатики до Тихого океана. Основным движителем этой идеи является турецкий национализм, который ориентирован и на внешнюю экспансию в «тюркский мир». В основе идеи - единство всех турок: «узбекских турок», «казахских турок», «крымско-татарских турок», «азербайджанских турок» и т.д. Однако если в период Османской империи сторонники этой идеи пытались создать империю «Великий Туран», то в новое время через политику мягкой силы – объединить вокруг Турции все тюркоязычные народы.

Эти три базовых идеи, которыми руководствуется Эрдоган и его сторонники, стали основой как внутренней, так и внешней политики Турции. Реализация идейных основ, внедрение их в политическую практику проходили все годы правления ПСР. Стремясь стать лидером исламского мира, Турция пошла на обострение отношений с Израилем, а публичная критика еврейского государства и его политики по отношению к палестинскому народу сделала Эрдогана кумиром арабских масс.

 Отметим, что Саудовская Аравия как хранитель главных святынь ислама была категорически не готова отдать Турции идейную власть в мусульманской умме, когда Эрдоган, обращаясь к арабам, говорил: «Мы вас защищали», то арабы помнили о многочисленных восстаниях своих предков и жестокой политике османских властей. Потому неоосманистские претензии турок не встретили позитивной реакции арабов.

Более успешной была политика Турции среди тюркоязычного населения СНГ. В 1993 году Турция вместе с Азербайджаном инициировала создание Организации тюркоязычных стран и регионов. Позже был создан Тюркский совет, фонд ТЮРКСОЙ (Организация по совместному развитию тюркской культуры и искусства), в который входят 14 тюркских народов, включая турецкий Кипр, Гагаузию, Башкирию, Татарстан, Алтай, Хакасию, Тыву и Якутию. В рамках данного фонда была создана Тюркоязычная академия. 

Успешно развивалось и военно-техническое сотрудничество тюркоязычных государств. Для нашей статьи заслуживает внимания идея создания «армии Турана». Такая «армия» в случае реализации идеи объединила бы «правоохранительные органы с военным статусом» Турции, Азербайджана, Киргизии и Монголии численностью 2,8 млн солдат. Однако интерес к этой организации проявил только Азербайджан, где прошлым летом прошли совместные с Турцией учения на армяно-азербайджанской границе. В результате на территории Азербайджана остались турецкие истребители F-16 и около 600 военных специалистов, что и стало одним из факторов успешных военных действий по освобождению территории азербайджанского Карабаха от сепаратистов осенью 2020 года. 

Следует отметить, что реализации идеи Великого Турана изначально мешала Армения. Единое тюркское пространство как бы разрезалось «армянским клином». В свое время реализовать идею не позволил крах Османской империи. После распада СССР и первой войны в Карабахе появилось непризнанное сепаратистское образование, в ликвидации которого сегодня объединили усилия Анкара и Баку, последовательно выдавливая Россию из Южного Кавказа.

О чем Эрдоган и заявил 15 июня 2021 года во время посещения территории Нагорного Карабаха, перешедшие под контроль Азербайджана в прошлом году: «Мы будем горды видеть Шушу культурной столицей тюркского мира. Деятели культуры и искусства со всего тюркского мира встретятся в этом прекрасном городе. Не только Шуша и Карабах, но и Азербайджан и тюркский мир в целом воспитали великих личностей». 

Очевидно, что Турция – союзница Украины прежде всего в той части, в которой это отвечает глубинным турецким интересам, и принятие Закона «О коренных народах Украины» как в клад нашей страны в сохранение культуры крымских татар как неотъемлемой части тюркского мира, безусловно может стать началом нового этапа развития союзнических отношений Киева и Анкары.

 

Тайны треугольника «США – Турция –Россия»

Прежде всего, Вашингтон настоятельно требует от Анкары отказаться от российских зенитных ракетных комплексов (ЗРК). Как заявил в Сенате госсекретарь Энтони Блинкен, «для нас неприемлема мысль, что наш стратегический – так называемый стратегический – партнер может сближаться с Россией, одним из наших крупнейших стратегических оппонентов». Вашингтон уже исключил Анкару из программы по производству истребителей F-35 и в последние месяцы президентского срока Трампа ввел санкции против оборонной промышленности ближневосточного союзника по НАТО в связи с покупкой Турцией российских комплексов С-400. 

Без сомнения, обсуждение данного вопроса было приоритетным во время встречи Президентов США и Турции на полях мини-саммита НАТО в Брюсселе 14 июня 2021 года. Ранее Байден неоднократно поддерживал антитурецкие инициативы Конгресса США, в том числе требования о введении против Турции санкций и ограничений американо-турецкого военно-технического сотрудничества, осуждал «антидемократические шаги» Эрдогана во внутренней политике и призывал к его свержению. Весной 2021 года Байден признал резню армян в 1915 году геноцидом – позицию, которая возмутила Анкару, а также усилил критику ситуации с правами человека в Турции. Исходя из вышеизложенного, скорее всего Джо Байден пригрозил ввести против Турции новые санкции через полгода в рамках закона CAATSA, в дополнение к тем, что были приняты. Увы, на пресс-конференции по итогам переговоров с Байденом турецкий лидер заявил, что позиция Анкары по С-400 осталась «неизменной». Таким образом Эрдоган послал Путину «сигнал» из Брюсселя: у Байдена нет турецкого мандата.

Накануне брюссельской встречи президентов Реджепа Тайипа Эрдогана и Джо Байдена были обозначены и другие темы, которые стороны намеревались обсудить: турецкий контингент в Афганистане, конфликты в Ливии и Сирии, ситуация в Восточном Средиземноморье, Азербайджане и Украине. Удивительно, но глава украинского МИД Дмитрий Кулеба последней детали не заметил, хотя о повестке встречи стало известно 29 мая 2021 года, когда для этой цели в Стамбуле пресс-секретарь президента Турции Ибрагим Калын встречался с заместителем госсекретаря США Венди Шерман.

Учитывая, что по данным сложным проблемам между США и Турцией, как и с другим партнерам по НАТО, дискуссии ведутся не первый день, прорывов не ждали. Заключительные заявления по итогам переговоров оказались скупыми и протокольными. Байден заявил, что провел «позитивные и продуктивные» переговоры со своим турецким коллегой, во время которых лидеры двух стран обсудили дальнейшие действия по ряду вопросов, и что «его команда и команда президента Турции теперь будут работать над определением деталей того, о чем они договорились». В свою очередь Эрдоган охарактеризовал свои первые личные контакты с новым президентом как «продуктивные и искренние». При том, что обсуждался ряд двусторонних разногласий, в частности, раздражающую Турцию поддержку Соединёнными Штатами курдских боевиков в Сирии, которая, очевидно, будет продолжаться до тех пор, пока американские войска остаются в этой арабской республике.

Следует отметить, что и между союзниками по НАТО, Турцией и Грецией, образовался клинч во время разведки месторождений газа, которую Анкара ведет в греческой акватории Восточного Средиземноморья. К этой интриге активно подключилась Франция, которая оказывает поддержку Афинам. Добавим, что Париж и Анкара стоят на различных позициях по вопросам ситуации в Сирии и Ливии, а также конфликта в Нагорном Карабахе. 

В этой связи, надежды Эрдогана выстроить внутри НАТО особые отношения с Джо Байденом, как это было при президентстве Дональда Трампа не оправдались. Заявления турецкого лидера о том, что «Турция осознает важную ответственность не только за наши собственные национальные интересы, но и за безопасность и стабильность в Трансатлантическом регионе», были восприняты его западными партнерами как «игра лозунгами». Равно как и заявления Эрдогана о «вкладе во все инициативы, направленные на установление стабильности, от Ирака до Балкан, от Черного моря до Средиземного моря» (бросается в глаза сходство с аргументацией некоторых украинских политиков диалоге с Западом). В Брюсселе Эрдогану ответили: «Мы вам этого не поручали, кроме Афганистана». Анкара сама предложила альянсу охранять и эксплуатировать аэропорт Кабула после вывода сил НАТО. 

В свою очередь в Турции американские санкции воспринимают в качестве «акции, направленной на ослабление потенциала союзника по НАТО». Немало вопросов возникает у Анкары в связи с призывами альянса подключиться к созданию системы баланса против Китая или России. 

После «триумфа» в Нагорном Карабахе в краткосрочной перспективе Эрдоган вряд ли будет провоцировать Москву. Это было видно по результатам его встречи в Стамбуле с Владимиром Зеленским в апреле 2021 года. Скорее турецкий лидер попытается проводить разновекторную внешнюю политику, балансируя между Западом, Россией и – в меньшей степени – Китаем (этим объясняется крайне сдержанная реакция Анкары на то, что происходит с уйгурами и другими тюркскими народами в Синьцзяне).

Президент американского Совета по международным делам Ричард Хаас описывает американо-турецкие отношения формулой «Турция, может, и союзник для США, но не партнер». В случае турецко-российских отношений все наоборот: «Турция – партнер РФ, но не союзник». В основе такой модели – циничный прагматизм сторон, уверенность в том, что «худое сотрудничество» даст Турции больше, чем «добрый конфликт» с Россией. Своеобразный «брак по расчету», хотя скандалы, взаимные обвинения и угрозы по возможности «на люди» стараются не выносить. Но интрига присутствует постоянно. К примеру, Wall Street Journal со ссылкой на осведомленные источники (скорее всего продуманная кампания Офиса Президента) сообщает, что Эрдоган сказал президенту Украины Владимиру Зеленскому во время апрельской встречи в Турции- Владимир Путин пригрозил продлить запрет на полеты в Турцию, если страна не откажется от продажи беспилотных летательных аппаратов Bayraktar и поддержки Украины. 

Стоит отметить, что личное измерение отношений Эрдогана с Путиным (с Байденом у турецкого лидера не выходит) сегодня играет ключевую роль. За последнее время из всех иностранных лидеров больше всех личных встреч «кремлевский диктатор» провел именно с Реджепом Эрдоганом. На каждой встрече турецкий и российский лидеры старались обеспечить яркую картинку для СМИ: то Путин выдвигает стул из-под Эрдогана, то угощает его мороженым, а через месяц уже турецкий лидер угощает фигами президента РФ.

При этом интересы России и Турции по многим вопросам остаются противоположными, рано или поздно Анкаре придется что-то делать с этим противоречием, и идти на прямую конфронтацию с Кремлем. Для Киева важно используя ошибки России как проблемного партнера Турции, во-время сыгрпть на контрасте. 

 

          Туран-троянский конь для Крымской платформы

20 мая 2021 года Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что 20 июля выступит «с посланием по Северному Кипру, которое затронет весь мир».

Скорее всего турецкий лидер предложит свое видение будущего острова на основе двух независимых государств. Что сразу же вызовет протест Никосии, Франции, Италии, Греции, других европейских государств и всего Евросоюза. Эрдоган для них непредсказуемый авторитарный лидер, который покушается на энергоресурсы, расположенные в Восточном Средиземноморье. А значит перспектив разрешения конфликта на основе послания миру Эрдогана в среднесрочной перспективе нет. Однако у Турции в данном вопросе есть негласные договоренности с Великобританией. Лондон обладает двумя мощными базами на Кипре — Дикелия и Акротири. Речь о возросших интересах Турции и ее протектората - Северного Кипра в Восточном Средиземноморье впервые за почти сорок лет после военной оккупации Турецкой Республикой северной части острова Кипр в 1974 году.

Для Украины это станет неприятным фактом, через аналогию с военной оккупацией Россией Крыма и части Донбасса. Российская пропаганда будет использовать прецедент максимально, высмеивая противоречивые и избирательные подходы Турции в вопросах Крыма и Северного Кипра, с учетом совместной декларации подписанной Зеленским и Эрдоганом, о поддержке создания "Крымской платформы", как нового формата для урегулирования вопроса незаконной и нелегитимной аннексии Крыма Российской Федерацией.

          16 июня 2021 года Эрдоган выступая в парламенте Азербайджана заявил, что выступил с инициативой создания в регионе Южного Кавказа «Платформы шести».

«Мы с моим братом (президентом Азербайджана Алиевым) выступили с предложением. Давайте создадим платформу сотрудничества шести стран. Создадим стабильность в регионе. Тут есть момент Грузии и России, мы обсуждали вопрос с грузинским премьером, я сказал, что это выгодно для Грузии, давайте сделаем это. Мы хотим, чтобы вы преодолели трудности с Россией. Я сказал, что это будет хорошо, регион нуждается в мире», -  сказал турецкий президент, По словам Эрдогана в платформу могут войти Турция, Азербайджан, Россия, Иран, Грузия и, «при желании», Армения.

Официальный Тбилиси сразу прокомментировал инициативу Эрдогана, заявив, что считает невозможным участие в совместном международном формате с Россией.  Участие Турции одновременно в двух «платформах» Черноморского региона с прямо противоположными целями несет серьезные репутационные риски для украинского проекта.

С учетом изложенного в данной статье, можно выделить два принципа, на которых Украина в целом может выстраивать отношения с таким непростым, но чрезвычайно важным партнером, как Турция. Первый – относиться с пониманием к вопросам, имеющим для Турции принципиальное значение. Второй – четко, но без лишнего шума обозначать красные линии и заранее обговаривать коридор возможностей для сотрудничества вокруг проблемных тем. 

От понимания этого в значительной степени будет зависеть выстраивание партнерских и союзнических отношений между Украиной и Турцией. Что-бы ход «Туранского коня» стал шахом и матом для агрессивной колониальной политики Кремля на черноморском и восточноевропейском пространствах, позволил нам получить решающее преимущество, которое очень хорошо описал Збигнев Бжезинский в своей книге «Великая шахматная доска»,

18.06.2021

comments

Інші матеріали автора

Новини

Підписуйтесь на повідомлення, щоб бути в курсі останніх новин!