Россию продают Китаю

МЕМОРАНДУМ о сотрудничестве с Китаем в области модернизации экономики, подписанный в ходе визита Владимира Путина в Пекин, российское политическое и экспертное сообщество встретило с одобрением. Однако ряд серьезных аргументов свидетельствуют о том, что Российская Федерация скорее проиграет, нежели выиграет от такого решения.

В российском руководстве меморандум с КНР рассматривают в качестве альтернативы программе "Партнерство для модернизации" между Россией и ЕС. Стратегический маневр с целью такой переориентации Кремль начал осуществлять еще в сентябре минувшего года, когда в ходе визита российского президента Дмитрия Медведева были оговорены формат и структура меморандума. В ноябре того же года Россия подписала аналогичный документ с Южной Кореей. Все это говорит о том, что Кремль меняет прежнюю стратегию, в которой модернизация рассматривалась исключительно в рамках сотрудничества с развитыми странами Европы и США, и выстраивает новую схему взаимоотношений с Азией.

Такой шаг может иметь несколько политических и экономических предпосылок. Во-первых, трудная экономическая ситуация в Еврозоне и США дает возможность России нарастить геополитическое влияние в рамках БРИК. Во-вторых, обращаясь на Восток, Москва может стимулировать Запад к более активному сотрудничеству и конкретным экономическим предложениям. Кремль нуждается в демонстрации своей экономической эффективности как в мире, так и внутри страны. Очевидно, российское руководство полагает, что партнерство с Китаем создаст альтернативу постоянно "спотыкающемуся" сотрудничеству России с США и Европой. А оживление и расширение экономических контактов с Юго-Восточной Азией усилит инвестиционную привлекательность России на фоне мирового экономического кризиса. Отчасти этой задачей обусловлено недавнее заявление российского премьера о намерении создавать Евразийский союз.

В то же время это означает понижение для Москвы приоритета Таможенного союза, перспективы которого ограничены трещащей по швам экономикой Беларуси и безрезультатными попытками Москвы затянуть Украину в эту организацию. Между тем "сильное звено" ТС — Казахстан может быстро интегрироваться в новую организацию, что в перспективе сделает ее достаточно сильным региональным политическим игроком.

Однако наибольший интерес у России вызывают инвестиционные возможности Пекина. Сегодня избыточная ликвидность в Китае дает возможность России рассматривать его в качестве источника финансирования на фоне сдержанности деловых кругов в Европе и США. В Минэкономразвития РФ признавали, что диверсификация российской экономики без китайских финансовых ресурсов вряд ли возможна. Дефицит внутренних инвестиционных ресурсов — общероссийская проблема, а активизация сотрудничества с КНР — по сути, поход за деньгами к юго-восточному соседу.

В минувшем году только прямые инвестиции КНР в РФ выросли на 43,8%, достигнув отметки в $594 миллиона (российские инвестиции в Китай за тот же период составили $34,97 млн. при 10%-ном росте).

В перспективе это должно способствовать выходу российско-китайского сотрудничества за пределы приграничных регионов. Что в свою очередь несет в себе долгосрочные этнополитические риски для России.

В экономическом сотрудничестве между Москвой и Пекином последний занимает более выгодное положение. Россия, экспортируя в Китай сырье, в качестве импорта получает машинно-техническую продукцию. Вот как это выглядит на языке цифр. По итогам 2010 года товарооборот между Россией и Китаем составил $55,45 млрд. Планируется увеличение этого показателя к 2015 году до $100 млрд. Около 40% в российском экспорте в Китай занимают нефть и минеральное топливо, 12 — древесина, свыше 10 — продукция цветной металлургии, около 8 — продукция черной металлургии, приблизительно по 5% — морепродукты и руды. В то же время свыше 30% китайского экспорта в Россию — это машины и оборудование, около 15% — продукция легкой промышленности.

В двусторонних отношениях РФ — безусловный сырьевой донор и потребитель технологических товаров с высокой добавленной стоимостью. Пекин заинтересован в консервации такой ситуации, получая, с одной стороны, Россию в роли сырьевой базы, а с другой, — в качестве рынка для товаров и услуг китайских компаний, плюс возможность обеспечения занятостью своих излишних трудовых ресурсов.

Это подтверждается анализом крупнейших проектов российско-китайского торгово-экономического сотрудничества на территории КНР. Сегодня они включают строительство Тяньваньской АЭС, производство на территории Китая обогащенного урана для атомной энергетики, совместное строительство завода по производству титановой продукции в городе Цзямусы, разработку модели тяжелого гражданского вертолета. В то же время в России крупнейший инвестпроект КНР — строительство многофункционального жилого комплекса "Балтийская жемчужина" в Санкт-Петербурге с участием консорциума китайских компаний, а также инвестирование в другие инфраструктурные объекты.

Машины и оборудование — наиболее стабильно растущая товарная группа импорта из КНР. При этом в некоторых отраслях китайские производители успешно осваивают новые для себя направления, например, авиастроение, космические технологии, атомную энергетику. В рамках развития технологической базы за последние пять лет в КНР построено 126 наукоградов. В то же время Россия, обладая высокими технологиями, демонстрирует неспособность организовать производство высокотехнологической продукции из-за изношенности оборудования и высоких производственных издержек. Даже в случае равномерного процесса модернизации экономики двух стран КНР благодаря меньшей стоимости рабочей силы, большему экспортному потенциалу и наличию значительных инвестиционных ресурсов будет развиваться быстрее. Поэтому для Пекина сотрудничество с Москвой в сфере модернизации интересно главным образом потому, что открывает ему доступ к российским передовым технологиям, которые позволят максимально ускорить процесс развития китайской промышленности. К слову, Китай проводит аналогичную политику и в отношении бывших союзных республик, в частности Украины и Беларуси. Сценарий во всех случаях один: высокие технологии в обмен на кредитные ресурсы, а также финансирование и участие в строительстве инфраструктурных проектов.

Очевидно, Пекин фактически ничем не рискует, подписывая меморандум. Для Москвы же этот шаг чреват самыми негативными последствиями вплоть до потери конкурентных преимуществ. Однако альтернативой ему может быть только модернизация "западная", которая для России всегда в конечном итоге оказывалась неприемлемой, поскольку сопряжена с сильным политическим давлением и жесткой критикой российских механизмов государственного управления — что для российского руководства попросту неприемлемо. Тем более что похолодание отношений с Западом, наметившееся уже сейчас, может оказаться главным трендом следующего президентства Владимира Путина. И потому образ консолидатора евразийства ему как нельзя кстати. Пусть даже в ущерб собственно государственным интересам.

Читайте Comments.ua в Google News