Обама грозит Пекину ради победы на выборах

Вашингтон возобновил политику сдерживания Китая. Но речь идет скорее о дипломатических жестах и голосах избирателей, нежели о реальной конфронтации

СНИЖАЯ активность на Ближнем Востоке, администрация Барака Обамы взялась за тихоокеанское направление. Пассивность Вашингтона в Юго-Восточной Азии в течение десяти лет "глобальной войны с терроризмом" оказалась огромным подарком для Пекина как в экономическом, так и в военно-политическом отношении. Теперь Америка пытается наверстать упущенное, достав из нафталина политику сдерживания Китая середины прошлого века. Свежим аргументом в пользу этого утверждения стало известие о том, что переговоры о размещении американских боевых кораблей на военно-морских базах Сингапура вышли на финишную прямую. К слову, за последний месяц произошло сразу несколько событий из той же серии. Так, "по дороге" с гавайского саммита АТЭС, прошедшего две недели назад, на встречу лидеров АСЕАН, состоявшуюся в минувшие выходные, Барак Обама нагрянул в Австралию.
С тамошним премьером Джулией Гиллард он договорился о постепенной переброске 2,5 тысячи морпехов и стратегической авиационной группировки в эту страну.
На следующий день после саммита АСЕАН был подписан договор о модернизации оборонного комплекса Индонезии и передаче этой стране двух дюжин истребителей F–16. Все это подкреплялось серьезными и жесткими заявлениями президента США на различные болезненные для региона темы, от необходимости учреждения более прозрачных правил торговли до проблемы территориальных споров. К слову, последнее — булыжник в огород Китая, у которого имеются вопросы практически ко всем соседям.
Впрочем, оборонной сферой Вашингтон не ограничился. Два саммита подряд стали прекрасной площадкой для озвучивания масштабных торгово-дипломатических инициатив. К примеру, рамочное соглашение о создании зоны свободной торговли в рамках Транстихоокеанского партнерства (ТТП), налаживание отношений с Мьянмой ("задним двором" Китая) и идея отдать ей саммит АСЕАН–2014, ряд других предложений, направленных на укрепление "свободы морского судоходства, свободной торговли и мирного решения конфликтов".
Менее очевидными звеньями той же цепи, по-видимому, стали торговые меры, предпринятые дружественными США третьими странами. К примеру, недавнее решение австралийского премьера инициировать процедуру снятия запрета на экспорт урана в Индию. Разумеется, исключительно для нужд растущей энергетики китайской соседки, так и не присоединившейся к Договору о нераспространении ядерного оружия.
Происходящее — очередной, давно ожидаемый и прогнозируемый ход в ответ на действия Пекина. Китай, потративший десятилетия на реформирование экономики, модернизацию промышленности и перевооружение армии, начал конвертировать торгово-экономический и военный потенциал в реальное влияние, добиваясь уступок со стороны относительно слабых соседей. Пробным шаром стала попытка добиться контроля над богатым ресурсами регионом в Южно-Китайском море, на который претендуют Вьетнам, Тайвань, Филиппины и Малайзия. США в свою очередь решили создать "коалицию недовольных". А военные базы — особенно в Сингапуре — кроме очевидных разведывательных задач служат страховкой странам региона от чрезмерного давления Пекина. Иными словами, это демонстрация флага и намерений в одном флаконе.
В общем, выстраивается схема политического, экономического и военного сдерживания КНР, подобная той, что действовала в 1950–1970 годах. Правда, последний компонент — прием в первую очередь дипломатический. Первое со времен Второй мировой увеличение американского военного присутствия в регионе Пекин, конечно, не радует. Но заголовки типа "США готовятся к войне с Китаем", которые запестрели в СМИ, — не столько описание ситуации, сколько следствие разгулявшегося воображения.
К слову, реальный боевой потенциал сингапурской базы крайне невысок. Новейшие "боевые корабли прибрежной зоны" (Littoral combat ships) класса Freedom, костяк группировки ВМС США в Сингапуре, — сторожевики, которые не могут всерьез угрожать китайскому судоходству через Сингапурский и Малаккский проливы. Во-первых, этих кораблей будет то ли два, то ли три. А во-вторых, это "конструкторы" из различных боевых модулей, собираемые в зависимости от поставленной задачи. Для борьбы с надводными целями они могут похвастать лишь двумя модулями — либо со спаренной 30-миллиметровой пушкой, либо с ракетами, дальность действия которых составляет аж 3,5 морской мили.
Влияние на ситуацию в Южно-Китайском море "австралийских" морпехов тоже преувеличено. Не исключено, что речь идет о будущем перемещении в Австралию части баз с Окинавы. Тем более что японцев давно беспокоит чрезмерная милитаризация острова.
Впрочем, при развертывании новых баз цель повысить реальную боеспособность американских соединений в регионе, видимо, и не ставилась — это задача для авианосных ударных групп (АУГ). Но ВМС США намерены расформировать две из одиннадцати имеющихся АУГ. И сдержанная реакция Китая, ограничившаяся лишь упреками МИДа да парой громких статей в китайской прессе "для внутреннего употребления", демонстрирует, что в Поднебесной прекрасно понимают реальный контекст происходящего. В то же время для Обамы показная конфронтация с КНР является прекрасной возможностью показать избирателям, что его внешняя политика все же может быть успешной.