Вдогонку за «золотым миллиардом»

В 2010 ГОДУ Китай, обогнав Японию, стал второй по величине экономикой мира. По прогнозам экспертов, к 2025 году Поднебесная переместится на первое место, а уже к 2050 году мировым лидером по величине экономики может стать Индия. Другими словами, страны, которые еще несколько десятков лет назад считались самыми бедными, становятся двигателями мировой экономики. В то же время экономика четырех десятков стран Африки к югу от Сахары меньше экономики Нью-Йорка, и пока они не дают поводов для оптимизма. Сравнение опыта отдельных стран вызывает вопрос: как можно достичь быстрого экономического развития и почему подобные проекты успешны не во всех странах?

ПРОЦЕСС ДОГОНЯЮЩЕГО РАЗВИТИЯ

По теории марксизма, в терминах которого международную экономику довольно часто описывают по сей день, преодолеть разрыв в уровне развития разных стран и регионов мира невозможно в принципе, поскольку сама логика капитализма строится на разделении мира на центр и эксплуатируемую периферию. Классические "правые" теории развития базируются на том, что в случае внедрения в отстающих странах современных технологий и проведения реформ они за счет резкого роста производительности труда и эффективности инвестиций смогут развиваться быстрее, чем страны-лидеры мировой экономики. Таким образом, отстающие страны теоретически могут относительно быстро достигнуть уровня развитых стран, запустив у себя процесс догоняющего развития (catching-up development). Именно идеями о догоняющем развитии руководствуются сейчас такие институты, как Всемирный банк или Программа развития ООН.

Сегодня бытует мнение, что быстрый экономический рост требует выполнения нескольких условий: наличия инфраструктуры, человеческого капитала и государства, способного разрабатывать и внедрять соответствующую политику. Однако опыт стран БРИКС (особенно Китая и Индии) — основных объектов внимания экспертов в области развития — не совсем вписывается в стандарты теории догоняющего развития.

К примеру, одним из ключевых в этой теории является тезис о том, что для успешного развития государство должно сократить свое участие в экономике и "отпустить бизнес". Но Китай, к примеру, строит социализм и проводит либерализацию очень медленными темпами. Более того, позиции стран — участниц объединения БРИКС в рейтингах экономической свободы довольно невысоки. В рейтинге экономических свобод 2011 года, составленном Heritage Foundation и Wall Street Journal, Южно-Африканская Республика занимает 74-е место из 179. У остальных стран — участниц БРИКС позиции еще ниже: Бразилия занимает 113-е место, Индия — 124, Китай — 135, Россия — 143-е. И если главной движущей силой экономического роста в России на сегодня являются богатые природные ресурсы и цены на них на мировом рынке, то остальные участники БРИКС растут в основном за счет промышленного производства и современных услуг. Таким образом, практика демонстрирует, что участие государства в экономике и зашоренность бизнеса не всегда создают препятствия для экономического роста. К тому же на ранних стадиях рывка участие государства, госрегулирование, протекционистские меры и т.д. могут оказаться решающими для дальнейшего развития страны.

Экономисты в свою очередь оправдываются: авторитарные правительства могут стимулировать экономическое развитие только на первоначальном этапе, когда необходима мобилизация ресурсов. Сегодня очень популярно мнение, что на разных этапах экономического развития страны нуждаются в разных видах политики, и роль государства в них может быть разной. Предполагается, что чем дальше страна находится от "технологического рубежа" — состояния экономики и технологий развитых стран Запада, тем большую пользу ей может принести политика протекционизма или особые отношения государства с бизнесом (в частности, иностранными инвесторами). Только государство будет способно гарантировать бизнесу благоприятные условия развития — обеспечить наличие необходимой инфраструктуры, действие законодательства и защиту от конкуренции на своей территории.

ОБРАТНАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ

В отчете Всемирной торговой организации о состоянии мировой торговли в 2011 году говорится о том, что все большая часть двусторонних или многосторонних договоров о свободной торговле, по сути, оформляют уже сложившиеся цепочки производственной кооперации. Иными словами, договоры о свободной торговле заключают между собой страны, на территории которых расположены предприятия, занятые на разных стадиях целостных производственных процессов.

В то же время проекты регионального экономического сотрудничества развивающихся стран могут оказаться малопродуктивными. Данные о результатах работы нескольких зон свободной торговли, существовавших в разное время в Африке и Латинской Америке, показали: если их создают страны, которые находятся примерно на одном уровне развития, но не входят в группу развитых, эти зоны позволят развиваться лишь одному из участников таких соглашений за счет ухудшения положения других. Профессор экономики Оксфордского университета и бывший сотрудник Всемирного банка Энтони Венебелс приводит пример Центральноамериканского общего рынка (Белиз, Эль-Сальвадор, Коста-Рика, Гватемала, Гондурас, Никарагуа, Панама). В этом объединении промышленность и современные услуги концентрируются вокруг двух столиц — Сан-Сальвадора и Гватемала-Сити, оттягивая возможные инвестиции у соседей.

Странам, ставшим на путь ускоренного развития, приходится также искать пути решения проблем, возникающих в процессе проведения реформ. Экономическое развитие для этих стран означает ускоренную индустриализацию и урбанизацию. Быстрое развитие чаще всего влечет за собой значительное имущественное расслоение, а это может ударить по развитию внутреннего рынка — одного из трех китов экономического роста (экспорт, инвестиции, внутреннее потребление). Как объясняют китайские экономисты Чен Джанги и Чжан Сяодзин, может наступить такой момент, когда потребности самой богатой части населения уже будут удовлетворены, а потребности массового потребителя расти не будут.

Расслоение может иметь и географическое выражение, когда в пределах одной страны регионы развиваются разными темпами. В Китае, например, Шанхай уже догнал развитые страны по показателям ВВП на душу населения, уровню образования и продолжительности жизни, а отдельные провинции на западе страны по-прежнему живут в прошлом веке. В такой ситуации возникают угрозы политического характера.

Западные экономисты считают, что экономическое развитие страны не может быть успешным без политической либерализации и сокращения роли государства в обществе, поскольку существенное участие государства означает опасность коррупционного влияния, недостаточную скорость принятия решений и ограничение вариантов развития экономики. Поэтому ожидается, что уровень политических свобод и реальной демократии в таких странах, как Китай и Индия, будет расти.

Читайте Comments.ua в Google News