Украина и Россия "попали" по-братски

Нынешняя ситуация в Азовском море показывает, что гибель кораблей в ноябре 2007 года в Керченском проливе ничему не научила ни Украину, ни Россию

ПОСЛЕ осложнения ледовой обстановки в Азовском море и Керченском проливе скопилось около 200 судов. Точную цифру назвать сложно, так как российские МЧС и Минтранс называют одни данные, а наши ведомства — другие. На момент сдачи номера в печать Минтранс РФ сообщал о 67 судах, готовых к выходу из азовских портов России и о 35 направляющихся в эти порты, точнее заблокированных во льдах. Еще 100 судов стоят в Керченском проливе на входе в Азов. А за прошедшие после начала ледовой блокады две недели уже на двух судах произошли аварии.
Украинские власти о подобных проблемах не сообщали, по крайней мере, ни одно судно не попало в ледовую блокаду. Видимо, потому что Мариупольский и Бердянский порты обрабатывают морские суда, а мелководные российские азовские порты — суда река — море. Судя по официальным заявлениям Мининфраструктуры, проблемы с судоходством через Керченский пролив были лишь 6–7 февраля, когда скорость ветра достигала 32 м/с. 2 февраля единственный украинский ледокол "Капитан Белоусов" вывел из Мариуполя караван из семи судов, а до Керченского пролива они дошли только к 8 февраля. По состоянию на вечер 14 февраля через пролив в Черное море было проведено всего три судна. Сейчас в Мариуполе у причалов ожидают возвращения ледокола еще семь судов, в Бердянском порту — три судна. Еще 16 судов ожидают проводки в порты из южной части Керченского пролива.
Все это заставляет задаться вопросом, почему морозная зима всегда приводит к чрезвычайным ситуациям на Азове. Во-первых, единственный украинский ледокол в этом море — "Капитан Белоусов" — не способен справиться с одновременной проводкой судов на подходах к Мариупольскому порту, в Азовском море и Керченском проливе. В 2004 году в Николаеве был заложен новый ледокол, но он так и не был построен. Тогда как "Капитану Белоусову" 57 лет, и если он выйдет из строя, то Мариупольский и Бердянский порты в зимнее время просто станут. Еще один момент — в самой сложной ситуации оказались суда река — море. Особенно группа из 14 судов, дрейфующих в западной части Азовского моря, в 50–60 км восточнее Арабатской стрелки. На момент сдачи номера практически на всех судах закончилось топливо, вода и провизия. Но "Капитан Белоусов" — линейный ледокол с осадкой до 7 м, и в эту часть моря он просто не может зайти из-за небольших глубин. У России на Азове есть четыре ледокола с осадкой до 2,9 м, но они пока в этот район дойти не смогли.
Во-вторых, ни у нас, ни у РФ нормально не организована ледовая разведка. Поэтому ледоколу приходится бросать караван, разведывать ледовую обстановку, возвращаться и только затем проводить судно. Затраты по времени и топливу несопоставимы с теми, если бы это делалось с помощью вертолета. Кстати, вертолеты в регионе есть, но они больше заняты оказанием платных услуг по спасению. Так МЧС России отказывается бесплатно помогать судам с доставкой воды и продуктов и просит около $4 тыс. за летный час МИ–8. Хотя экипаж могут снять и бесплатно, если судно подаст сигнал SOS. Для сравнения: сейчас стоимость аренды вертолета у российских частных компаний составляет $1,5 тыс. в час.
В-третьих, службы регулирования движения судов обеих стран должны были дать рекомендации судам река–море не входить в Азовское море, а капитаны портов — запретить их выход в море. Но в регионе отсутствует система оперативного управления и координации судопотоков. Ни украинские, ни российские морские власти не имеют технической возможности осуществлять мониторинг акватории Азовского моря. Значительная часть прибрежной береговой зоны относится к украинской территории, и этот участок берега не покрывается необходимой радиосетью для отслеживания движения судов.