Украинские товары России не нужны

ПРИ ЭТОМ повторяется один аргумент — в свое время экономика строилась как единое целое, а значит эффективно существовать может только так. Этот миф активно поддерживается российской стороной, которая сегодня увлечена созданием Таможенного союза.

Но судя по реальным фактам, понятно, что разговоры о невозможности полноценного развития двух стран без взаимной промышленной поддержки ведутся только для "усыпления бдительности". РФ на конкретных примерах уже давно показала, что для нее кооперация с Украиной — это скорее минус. А политика импортозамещения, популярная в мире еще в 70-х годах прошлого века, для нынешней России в приоритете.

Причем распространяется она на любые товарные позиции, где украинский импорт играет основную роль. Самый известный пример — это, конечно, украинские трубы, которые достаточно долгое время были чуть ли не основной экспортной позицией в российско-украинском торговом обороте. Еще не так давно группа "Интерпайп" была лидером рынка, а Харцызский трубный завод Рината Ахметова — монопольным производителем труб большого диаметра на постсоветском пространстве. Но несколько миллиардов долларов инвестиций, и ХТЗ уже делит второе место с группой Челябинского трубопрокатного завода (а лидером стал Выксунский метзавод (группа ОМК), а "Интерпайп" в своей нише борется за сохранение 5%-ной доли на российском рынке. Более свежий пример — история с вагонным литьем. Запрет на использование украинских комплектующих удивительным образом совпал с запуском Тихвинского вагоностроительного завода, рассчитанного на выпуск 13 тыс. вагонов в год и владеющего собственными литейными мощностями. Чем эта история закончится для "Азовмаша" и Кременчугского сталелитейного завода, пока можно только гадать (как тут не вспомнить, что вагонное литье — это 10% экспорта Украины в Россию).

Кстати, другой, еще более нашумевший случай — с украинскими сырами — тоже не следует рассматривать исключительно как пример "показательной порки". История свидетельствует, что вытеснение украинского пищепрома с российского рынка в 80% случаев начиналось именно так. К примеру, еще семь лет назад РФ критически зависела от поставок украинских говядины и свинины — на 88–90%.
    
Щедрость ростовщиков

В отличие от официальной Москвы российские банки, работающие в нашей стране, демонстрируют редкую покладистость. Именно они образуют ту немногочисленную когорту финучреждений, которые кредитовали украинские предприятия и во время кризиса, и в тяжелый посткризисный период. Девять российских банков (среди которых крупнейшие государственные финучреждения) к началу 2012 года сосредоточили в своих руках 15,5% активов всей банковской системы Украины. По данным НБУ,
к 1 января текущего года их кредитный портфель составил 110,3 млрд. грн. (общий кредитный портфель отечественных банков — 813,86 млрд.). При этом объем кредитов юрлицам достиг 96,3 млрд. грн. (всего по банковской системе — 610,4 млрд. грн.). Щедрость российских кредиторов отчасти объясняется значительной финансовой подпиткой, которую те получают от материнских структур. Благодаря солидным вливаниям ресурсов они чувствуют себя гораздо увереннее сильно пострадавших от кризиса европейских и украинских банков. Однако в их поведении есть и политическая подоплека. Чем хуже будет положение крупнейших украинских заемщиков, тем большие дивиденды может получить Москва. Накапливая безнадежные долги отечественных стратегических предприятий, российские банки смогут взять под контроль не только банковскую, но и производственную сферу Украины. Возможно, этим и объясняется интерес Сбербанка РФ
к отечественному Ощадбанку. Поговаривают, что российский гигант всерьез задумывается о покупке украинского госбанка, львиная доля кредитного портфеля которого приходится на госкомпании, в том числе займы "Нафтогазу Украины".
   
Затем была "торговая война" 2005 года и старт масштабной животноводческой программы — на создание и поддержку молочнотоварных комплексов из российского госбюджета выделялись миллиарды. А в итоге экспортные доходы Украины от мясного бизнеса за пять лет снизились двое — до $119 млн. в 2011 году. Аналогичная история произошла и с украинским пищевым спиртом, доля которого на российском рынке в свое время составляла 98%, а теперь чуть больше нуля. И с сахаром — в прошлом году Украина подсластила жизнь россиян всего двумя тоннами сахара на $4,7 тыс., хотя еще не так давно экспорт исчислялся сотнями миллионов долларов.

Конечно, еще в целом ряде отраслей украинские товары остаются незаменимыми для россиян. Это и авиакосмическая техника, и турбины, и газоперекачивающее оборудование, и т.д. Но, судя по темпам импортозамещения, это лишь вопрос времени. Более того, еще через десяток лет РФ от Украины нужны будут только технологии — остальное можно будет сделать самим. В этом контексте российская сторона тоже довольно удачно играет на мифе о жизненной необходимости кооперации. Речь идет о том, что многие стратегические предприятия до сих пор подконтрольны "красным директорам", верящим в "большую дружную семью". К примеру, управляемая Вячеславом Богуслаевым "Мотор Сич" сегодня, как и много лет назад, ориентируется в основном на российский рынок. Россияне на такую преданность отвечают в традиционном для себя стиле. В прошлом году с целью дальнейшего отказа от импорта украинских двигателей Р95 компании "Мотор Сич" на самарском НПО "Салют" было начато производство аналогичных двигателей 36MT. Верность авиастроителей, которые с 2010 года не прекращали радоваться перспективе создания совместного предприятия, тоже оценили по заслугам. Как стало известно на прошлой неделе, многострадальный самолет Ан–70, который России то был интересен, то не был, теперь решено собирать на ОАО "Воронежское акционерное самолетостроительное общество". Ранее туда же ушло производство транспортного самолета Ан–148.

Читайте Comments.ua в Google News