Крым пишем, Приднестровье — в уме

Опыт Молдовы показывает, что именно евроинтеграция является самым серьезным вызовом для существования Приднестровской республики

РОССИЙСКИЕ интервенты в Крыму пытаются реализовать даже не "югоосетинский" или "абхазский", а так называемый приднестровский сценарий. Прежде всего следует кратко объяснить, почему не получаются первые два.

Абхазия реально стремилась к независимости, и ее автономию утверждали в свое время союзные власти — хотя в этом вопросе немало юридических тонкостей. В Южной Осетии Москве удалось спровоцировать Тбилиси проведением учений. Такой маневр, как мы знаем, был предпринят и в случае с Украиной. Все эти обстоятельства отсутствуют в крымской ситуации. Но и с "приднестровским" сценарием не все так просто. Дело в том, что ПМССР была провозглашена как советская республика еще в составе СССР в сентябре 1990 года. Решение соответствующего местного съезда депутатов всех уровней Москва признавать отказалась. Но уже 5 ноября 1991 года в связи с распадом СССР ПМССР была переименована в Приднестровскую Молдавскую Республику. В молдавской версии название звучит как "Днестровская Молдавская Республика", что может расцениваться как претензии на оба берега Днестра, то есть на всю Молдавию. Однако правовые нюансы принятых в 1990–1991 годах решений слишком запутаны, а де-факто было признано существование именно независимой Молдовы.

ПОДОБИЯ И РАЗЛИЧИЯ

Теперь разберемся с подобиями и различиями. Во‑первых, на территории ПМР, как и на территории оккупированной агрессором Автономной Республики Крым, находятся военные базы РФ. Во‑вторых, вокруг ПМР и Крыма (в первом случае — почти два с половиной десятилетия) ведется международно-правовая игра. В‑третьих, в обоих случаях используется фактор так называемых пророссийских настроений, щедро подпитываемых как официально, так и неофициально из Москвы. Свежим раздражителем является ассоциация Молдовы и Украины с ЕС и изоляция ПМР (в перспективе — и Крыма, в случае его успешного отрыва Москвой от Украины) зоной ассоциации. А это, вне всякого сомнения, означает экономическую смерть данных территорий. Однако различий между ситуациями тоже немало, и, следует признать, что их больше. Во‑первых, Республика Молдова в заметной степени экономически зависит от ПМР, ведь на территории последней остался ряд промышленных объектов. С Крымом все наоборот — его экономика нежизнеспособна без "материка". Во‑вторых, в Крыму есть морские порты, а ПМР связана с морем лишь по доброй воле Украины и Молдовы. В‑третьих, ПМР удивила последними свободными выборами, ее силы самообороны — настоящие, а новая правящая элита — весьма молода. Институт свободных выборов в Крыму всегда был под большим подозрением, а сегодня и подавно. Местная элита реакционна, коррумпирована и ментально осталась в застойной эпохе СССР, а "самооборона" является "фейком", хаотическим коллективом мелких криминальных элементов, за которыми прячутся российские солдаты. В‑четвертых, какая-никакая переговорная деятельность, сотрудничество в экономической и гуманитарной сферах между Кишиневом и Тирасполем поддерживается постоянно. Крым не ожидает ничего подобного, поскольку переговоры с самопровозглашенным марионеточным правительством, которое представляет интересы маргинальных даже в Крыму партий "Русский блок" и "Русское единство", вести практически не о чем. Переговоры о судьбе полуострова ведутся Западом с участием Украины — с Россией.

ФАКТОР АССОЦИАЦИИ

Экономика ПМР уже давно пребывает в упадке и практически полностью сидит на игле российских дотаций. Кремль явно не желает мультиплицировать этот опыт в случае с Крымом, ведь около 2,5 млн. крымчан — это не полмиллиона жителей Приднестровья. Даже бедная Молдова давно выглядит привлекательнее для тысяч приднестровцев, а теперь ее экономика вливается в организм Европейского союза. Москва ничего подобного не предлагает, по сути, официально считая жителей Приднестровья теми же "молдаванами" и используя их на собственной российской территории в качестве дешевой рабочей силы. И рано или поздно это приведет к расколу элиты края. Между тем консенсус элит в Кишиневе очевиден.

В комментарии для "k:" старший научный сотрудник Академии наук Молдовы, политолог Николай Цвятков объяснил это явление так: "Проевропейский консенсус молдавских элит — это очень интересный феномен молдавской политики. Первыми, кто официально провозгласил курс европейской интеграции Республики Молдова, были как раз молдавские коммунисты. Немного позже, в 2005 году, за декларацию о "европейских устремлениях" единогласно проголосовали депутаты новоизбранного парламента Молдовы. Власти Молдовы тогда уловили настроения людей и сумели, что называется, переобуться на ходу". Тем не менее высказываются предположения, что Украина смогла бы сосуществовать с Крымом по молдавско-приднестровскому сценарию. Правда, говорить об этом несколько преждевременно — ведь мы впервые в своей независимой истории оказались в условиях военной агрессии. Сегодня Тирасполь подыгрывает "старшему брату" на украинской территории. Официально, разумеется, в МИД ПМР "озабочены информацией, распространенной руководителем пресс-службы внешнеполитического ведомства Украины о том, что якобы имеет место формирование в Приднестровье отрядов "боевиков для переправки в Одессу". И называют ее недостоверной. Точно так же официально украинские, молдавские и румынские пограничники и другие соответствующие структуры усилили контроль над границами Приднестровья, где, по данным украинской "Информационной самообороны", был заметно усилен российский военный контингент. Внимание своей обороне уделила и Румыния — после выступления президента Траяна Бэсеску с требованием усилить помощь Запада Украине начались активные контакты украинских и румынских военных. Более того, в Черном море проходят учения американских, румынских и болгарских военных кораблей, а 10 марта НАТО официально разрешило использовать на границах Румынии разведывательные беспилотники.