УКРАИНА

Сергей Тигипко имеет право критиковать власть — и не только потому, что сегодня он в оппозиции. В 1998 и 2010 годах Тигипко работал в Кабмине: что такое экономический кризис, он знает не понаслышке. Лидер «Сильной Украины удивил «k:», заявив, что его интересуют не столько проценты голосов, сколько внимание умного избирателя

«Я ХОЧУ РАЗГОВАРИВАТЬ С УМНЫМ ИЗБИРАТЕЛЕМ»

Сергей Леонидович, часть ваших бывших коллег отказались участвовать в досрочных выборах, мотивируя это тем, что большое количество граждан физически не сможет проголосовать, поэтому волеизъявление не будет соответствовать стандартам демократии. Вы же решили идти на выборы. Каковы ваши контраргументы?

Люди сегодня не доверяют власти. И, пожалуй, наибольшим недоверием из всех властных институтов пользуется именно Верховная Рада. Устранить его можно только демократическими выборами, другого пути не существует.

В идеальном варианте выборы следовало бы совместить с реформой избирательного законодательства. Если бы они проводились исключительно по пропорциональной системе, а списки партий были открытыми — мы получили бы новое качество парламента, ушли бы от коррупции в парламенте, которую порождают депутаты-мажоритарщики и из-за которой, собственно, существует такое недоверие к парламенту. Но в нынешнем варианте придется рассчитывать исключительно на партийную ответственность депутатов.

Вы были одним из публичных лиц Партии регионов, вице-премьер-министром в правительстве Николая Азарова — и у части избирателей вы наверняка все еще ассоциируетесь с этой политсилой. Вам мешают подобные ассоциации? Или, наоборот, помогают?

Не особо обращаю на это внимание. Во всем, что касается выборов и политики, для меня важнее всего прагматизм. Я не боюсь говорить о том, что мною лично было сделано хорошо, а что плохо. Спокойно отношусь к своей работе в правительстве хотя бы потому, что не вижу, чтобы нынешняя власть что-то начала делать лучше. Реформ-то нет. В 2010–2011 годах, когда я курировал экономическую политику в Кабмине, было проведено больше реформ, чем сейчас, — и это признавали все: европейские политики, международные организации, эксперты.

Так что я не открещиваюсь от того, что я был в Партии регионов. Я прошел в ней свой путь, пробовал ее изменить, в итоге меня исключили из партии. Эта страница закрыта. Сегодня я веду свою партию и верю в нее.

Трудно ли вам было вернуть доверие к «Сильной Украине»? Все-таки в какой-то момент вы оставили партию…

И находясь в «Сильной Украине», и вне партии, я всегда воспринимал политику прагматично. Ведь что такое политика? Ее квинтэссенция — это зарплата, пенсии украинцев, цены, конкурентоспособность страны. Я всегда говорил и продолжаю говорить именно об этом.Скажу откровенно: я не стремлюсь к результату в 30% или 40% избирателей. Я хочу разговаривать с умным избирателем, настроенным так же, как и я. Сколько таких? Выборы покажут.

А доверие можно заработать либо идеями, либо действиями. Пока ты в оппозиции — ставка все-таки на идеи. А власть оценивают только по действиям. Мои идеи, мои приоритеты четко выстроены: мир, спасение экономики, восстановление социальных стандартов.

«ПОЛНОМОЧИЯ НУЖНО ПЕРЕДАТЬ НА МЕСТА»

Судя по результатам социологических исследований, исход выборов, при котором большинство мест достанется одной политсиле, маловероятен — неизбежно создание коалиции. На каких условиях «Сильная Украина» могла бы в нее войти?

Идеальным был бы вариант создания максимально широкой коалиции. Парламенты многих стран решались на такой шаг в период кризиса — и это срабатывало.

Я бы выдвинул два условия. Первое: четко и жестко предупредил, что если тот разгул коррупции, который мы сегодня наблюдаем, не исчезнет — мы не будем находиться в коалиции.

Второе: немедленное проведение реформ, которые должны привести к модернизации страны. Реформы должны почувствовать граждане Украины и внешние инвесторы. Это могут быть и непопулярные реформы, но страну нужно сорвать с мертвой точки.

Конституционная реформа — о ней в этой связи вспоминают в первую очередь. Исходя из вашего опыта вице-премьера, депутата — какой вариант оптимален?

Парламентско-президентская республика в наших условиях менее опасна — это если с точки зрения противодействия коррупции.

Уверен, что полномочия максимально нужно передать людям, на места. Во‑первых, из-за огромного недоверия, которое на местах испытывают к Киеву. Во‑вторых, практика других стран показывает, что всегда срабатывает принцип «чем ближе средства, чем ближе ответственность к конкретному человеку, тем эффективнее работа власти».

Дело ведь еще и в том, что люди сегодня настроены жестко, но конструктивно. И они не дадут местным администраторам делать что-то не так, воровать, обманывать.

А что именно передавать на местах?

Начнем с главного — с экономики. Большинство налогов нужно оставлять на местном уровне, параллельно делегируя и ответственность — за среднее образование, за здравоохранение. Местный совет должен решать, стоит ли закрыть школу, больницу или помочь им финансами. Возможность управлять местными налогами позволит местной власти создавать благоприятный инвестиционный климат с учетом специфики и приоритетов развития каждой конкретной территории. К полномочиям властей должны также относиться контрольные функции. Тогда местная власть будет заинтересована в том, чтобы радикально уменьшить возможности контролеров оказывать давление на бизнес.

Второе направление — гуманитарный блок. Вопросы языка, изучения местной истории, установления памятников, праздников — все можно и нужно по максимуму передать на местный уровень.

Третье — социальный блок. Заработал больше регион — пусть он из своих средств поощряет своих врачей, учителей, пенсионеров.

Но возможности регионов неравноценны. Не станет ли богатый еще богаче, а бедный — ноги протянет?

Вот если мы не дадим местной власти рычаги влияния на ситуацию — так и произойдет. Да, на какой-то период придется иметь переходный фонд, который поможет сгладить различия. Но все должны понимать, что это на 10–15 лет. По истечении этого срока каждый регион должен понимать: все в его руках.

А где гарантии, что власть не окажется в руках местных князьков?

Когда вы проводите реформы, есть определенные правила. Знаете, как в армии сдают норматив по кроссу? Результат засчитывается по последнему прибежавшему. Его вся рота готова на руках тащить к финишу, лишь бы уложиться. С реформами — так же. Если одна, всего одна, провалилась — ничего не выйдет. Это я к тому, что без антикоррупционных реформ, действий не будет вообще ничего.

А для этого нужна политическая воля руководства страны. Это то, что проходили все: Сингапур, Грузия, страны Балтии. Собирались политические лидеры и договаривались: мы поборем это зло.

«ЛЮСТРАЦИЯ В НЫНЕШНЕМ ВИДЕ — ОТВЛЕЧЕНИЕ ВНИМАНИЯ ОТ БОРЬБЫ С КОРРУПЦИЕЙ»

Раз уж речь зашла о Сингапуре... Как известно, Ли Куан Ю советовал посадить трех лучших друзей. Не хотите дать совет нынешней власти, с кого начать?

Если бы прокуратура работала жестко и строго по закону, больше половины нынешнего состава Кабинета министров уже бы сидела. Посмотрите на работу таможни, налоговой, министерств агрополитики, энергетики. Это все — коррупция. Как говорят бизнесмены, все осталось на том же уровне, что и при Януковиче, только взятки еще и проиндексированы на уровень инфляции.

Однако же есть надежды на люстрацию. Вы за соответствующий законопроект не голосовали, а почему?

Люстрация должна предусматривать две цели. Первая — сделать власть более эффективной. Вторая — менее коррумпированной.

Говорить, что во власть не должны входить коммунисты и комсомольцы, основываясь на биографиях людей двадцатитрехлетней давности, смысла нет. Кто-то прочитал и попытался скопировать законы Польши, Чехии, стран Балтии — но там это делалось совсем иначе и с другой целью. Тогда убирали людей, которые не мыслили рыночными категориями. Но сегодня ментальность украинцев уже изменилась.

Я бы проводил люстрацию не исходя из принципов «кто был с Януковичем», «кто был коммунистом». Потому что и при предыдущей власти, и в эпоху коммунизма было много умных людей, патриотов и профессионалов. По своей работе в правительстве скажу: многие до последнего боролись с коррупцией и при Януковиче. А потом уходили — или их «уходили».

Принятием закона о люстрации пытаются подменить борьбу с коррупцией?

Это отвлекающий маневр и сведение политических счетов. Хотели бы убрать коррупционеров — нынешний Кабмин разогнали бы месяца три назад.

«ГЛАВНОЕ — МИР. ОСТАЛЬНОЕ РЕШАТ РЕФОРМЫ»

Вы настаиваете на немедленных реформах. Но как совместить практически военное положение и реформирование страны? Одно другому точно не мешает?

А что, собственно говоря, мешает? Давайте посмотрим с точки зрения экономики. Война — это резкое ухудшение внешней среды для экономики и социальной сферы. Если оно происходит — есть только один выход: улучшать среду, то есть проводить реформы.

Разговоры о том, что инвесторы в Украину все равно не придут, — это вранье непрофессионалов. В мире огромный объем рискового капитала, который готов приходить и покупать упавшие в цене активы. Но для этого капитала нужна перспектива, ему нужно видеть, что страна двигается в правильном направлении. Такая же перспектива нужна и отечественному бизнесу.

Другого пути просто нет. За счет заемных средств страна не выживет. Да и международные финансовые организации будут давать деньги только под реформы, под улучшение экономики.

А сколько денег придется вложить в восстановление Донбасса? Кабмин оперирует некими миллиардами, а вы проводили соответствующие подсчеты?

Уж извините, но Кабмин свои данные брал с потолка. Иначе и не скажешь, учитывая, что прогнозировать макроэкономические показатели на год-два сейчас нереально. А ведь именно от них и будет зависеть наполняемость бюджетов: от центрального до местных. Так что любые подсчеты, в основе которых нет прогноза, мягко говоря, некорректны. Но и это еще не все. Не секрет, что сегодня на основе таких «расчетов» уже формируются структуры, которые собираются наживаться на восстановлении Донбасса.

Но источники финансирования все равно нужно найти…

Так ведь и источник должен быть не один. Первая позиция — инвесторы, собственники предприятий. Несколько дней назад общался с бизнесменами из Славянска: люди уже вернулись и работают.

Вторая позиция — государство. На него возложены заботы об инфраструктуре: электроэнергия, вода, тепло.

Третья — международные инвесторы. То, что сегодня происходит с нашей страной, — проблема не только Украины, но и тех стран, которые когда-то гарантировали нашу безопасность и свои гарантии не выполнили. Нужно проводить донорские конференции, и средства, я уверен, найдутся. Если к восстановлению Донбасса будут в первую очередь привлекаться  украинские компании, которые будут использовать наши строительные и другие материалы, наших специалистов, то из сегодняшнего огромного минуса мы получим точку экономического роста.

То есть вы уверены, что повысить инвестиционную привлекательность Украины возможно?

Да. Прежде всего — нужен мир. Нужно удерживать перемирие, несмотря на все провокации. Нужно провести региональную реформу: налоги — все, какие можно, отдать на места. Наконец-то создать профессиональную армию. Все это можно было сделать еще два месяца назад. Еще раз подчеркиваю: главное — мир, все остальное решат реформы и борьба с коррупцией.

Пока украинцы спасаются от государства в теневом секторе, на черном рынке валюты. Такова реальность. Вряд ли справедливо упрекать в этом тех, кто не верит государству. Вы полагаете, что можно провести быстрые реформы, которые вернут такое доверие?

Ничего сверхсложного. Реформы в налоговой системе — это упрощение администрирования налогов. Нужно сократить их количество с двадцати трех до девяти. Я уже подал соответствующий законопроект в парламент.

Еще один важнейший и очевидный момент: в кризис нельзя повышать налоги и сокращать соцвыплаты.

Но как? Разве одно не противоречит другому?

Не в нашем случае. Вот смотрите, курс гривни так сильно отпустили... Но я понимаю, и вы понимаете, что каждый дополнительный процент инфляции — это дополнительные поступления в бюджет. Объективно его наполняемость должна увеличиться.

Нужно провести реформы, которые дадут высвобождение средств. В стране более семидесяти контролирующих организаций, в которых работают свыше 220 тысяч человек, только на зарплату которых уходит 25 млрд. грн. в год. Для сравнения: армия в последний год имела бюджет менее чем 15 млрд. грн.

Я понимаю, что правительство идет по самому простому пути: все проблемы бюджета оно решает за счет людей. Замораживает соцстандарты на уровне 2012 года, повышает тарифы на газ, отопление, электроэнергию. Повышает налоги и вводит новые — например, на депозиты.

Прямым следствием такой политики будет коллапс экономики. Мы уже потеряли экспорт в Россию и не компенсировали его экспортом в другие страны. Плюс к этому, заморозив социальные стандарты — пенсии, минимальные зарплаты, пособия и надбавки — мы сокращаем и без того мизерную покупательскую способность большинства граждан и убиваем свой внутренний рынок.

А ведь не в первый раз страна сталкивается с настолько сложной ситуацией. В 2010‑м падение экономики было еще большим: не на 10%, как в этом году, а на 15%. Но падение удалось остановить, мы же справились.

Беда в том, что нынешнее правительство очень непрофессиональное. Там практически нет людей, которые могли бы и «текучку тянуть», и держать хотя бы среднесрочные приоритеты.

Читайте новости Comments.UA в социальных сетях facebook и twitter.

Теги: Сильная Украина, выборы, Верховная Рада

Версия для печати
24808
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Партнеры портала

Price.ua - сервис сравнения цен в Украине
властьвласть деньги деньги стиль жизнистиль жизни hi-tech hi-tech спорт спорт мир мир общество общество здоровье здоровье звезды звезды
Архив Экспорт О проекте/Контакт Информатор

Нажмите «Нравится»,
чтобы читать «Комментарии» в Facebook!

Спасибо, я уже с вами.

   © «Комментарии:», 2016

Яндекс.Метрика Система Orphus