Мнение

Незаконное обогащение и гражданская конфискация: риски и последствия для каждого

Автор: Андрей Помазанов, эксперт Украинского института будущего

Одной из топ-тем вчерашнего дня стало принятие парламентом Закона Украины «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно конфискации незаконных активов лиц, уполномоченных на выполнение функций государства или местного самоуправления, и наказание за приобретение таких активов». Юрист, правозащитник, народный депутат Украины 8 созыва, эксперт Украинского института будущего Андрей Помазанов, анализируя все факторы, обусловившие такой шаг, содержание и направленность проекта, процесс его обсуждения и принятия, делает вывод: принятие взвешенных, своевременных и действительно обоснованных решений пока еще - не козырь новой власти.

«Говоря о плюсах и минусах этого решения, должен констатировать, что в конечном варианте данного акта последних все-таки больше.

Безусловным плюсом стал отказ от идеи включения в документ нормы, прямо нарушающей все известные правила распространения законов во времени, а именно - статьи, которой предусматривалась обратное действие соответствующих норм. Такой шаг стал действительно оправданным, поскольку снял ряд рисков относительно нарушения прав граждан в будущем. К сожалению, на этом положительные черты исчерпаны. А потому далее - об основных предостережениях.

Во-первых, следует вспомнить основания, по которым Конституционный суд Украины в феврале текущего года признал ранее действующую статью, которая предусматривала ответственность за незаконное обогащение, неконституционной. 

Именно этот нюанс является важным с точки зрения дальнейшей реализации принятых изменений и возможных последствий, к которым они могут привести в ближайшее время.

В частности, речь идет о вопросах сомнительного соответствия норм принципа презумпции невиновности, которая в общем понимании непосредственно определяет положение гражданина в обществе, а несоблюдение которой может быть основанием для нарушения конституционных прав гражданина. Ведь только суд может решать вопрос виновности или невиновности, причем доказательства незаконности действий возлагается на государство, а не на лицо, чьи доходы расцениваются как безосновательно приобретенные. Так, ЕСПЧ по делу «Аллене де Рибермон против Франции» подчеркнул, что правило презумпции невиновности означает, что лицо может быть признано виновным в совершении преступления и наказано только при условии, что его вина будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена обвинительным приговором суда.

Во-вторых, можно утверждать, что формулировки принятого закона противоречат принципу правовой определенности, что также будет основанием для защиты нарушенных прав уже на уровне международных организаций. Например, такому принципу явно не соответствует предлагаемое определение «приобретение активов». Кроме того, соответствующие формулировки ставят под сомнение как потенциал доказательства совершенного правонарушения, так и четкость механизмов реализации принятых норм, что может негативно повлиять и на обеспечение процесса, и на его последствия.

В-третьих, вопиющим нарушением гарантированных прав, которое стало шагом в никуда, является конфискация якобы незаконных активов (фактически отождествляться с постановлением решения об аресте таких активов). Это означает, что в пределах наложенной меры пресечения возможной будет реализация соответствующего имущества, что является беспрецедентным как с точки зрения мировой практики, так и с точки зрения здравого смысла и обеспечения прав человека. То есть, в случае, если судом будет принят оправдательный приговор, лицо, лишенное соответствующего имущества, не будет иметь никакой возможности его вернуть (ведь ни механизма, ни ответственности законом не установлено).

В-четвертых, особые риски зарождаются в части установленного ценового ценза, который дает основания для привлечения к уголовной ответственности. В частности, из норм закона следует, что «незаконно обогащаться» на сумму до 6,5 миллиона гривен (или 260 тысяч долларов) вполне возможно без угрозы быть привлеченным к уголовной ответственности. Конечно, в данном случае аналогично не может идти речь ни о надлежащем обеспечении правовой определенности, ни о дифференциации ответственности. Сложно сказать - был ли данный шаг умышленным, или законодатели «что-то недосмотрели».

Таким образом, можно резюмировать, что само государство Украина в лице президента, который, очевидно, в ближайшее время подпишет закон, подпишет одновременно согласие на выполнение в дальнейшем всех вероятно принятых против нее же решений ЕСПЧ по заявлениям украинцев, чьи права будут нарушены . Соответственно, закладывать в бюджет на выполнение решений ЕСПЧ уже сейчас следует средства, размер которых в десятки раз превышает сегодняшние 700-800 млн. Стоит ли говорить о том, что закон коснется не только «преступников госслужащих», но и законопослушных граждан, которые по сути лишаться средств на социальные, медицинское обеспечение – учитывая необходимость «латания дыр» по исполнению решении ЕСПЧ?»

01 Ноябрь 2019