Мнение

Обыск у Зверобой показал проблемы в ГБР

Автор: Мирослава Чорноусько, эксперт Украинского института будущего по вопросам правоохранительной и судебной деятельности

Эксперт Украинского института будущего по вопросам правоохранительной и судебной деятельности, кандидат юридических наук Мирослава Чорноусько высказала изданию «Комментарии» мнение, что сегодняшний обыск представителями Государственное бюро расследований (ГБР) в доме волонтера, общественного деятеля Маруси Зверобой, интересен не только с точки зрения политики, но и с точки зрения права.

«В свете годовщины со дня запуска работы ГБР и последних решений парламента о перезагрузке данного органа, вокруг него сгустились тучи. Так, топ-новость об обысках, проведенных ГБР в помещении общественного деятеля Маруси Зверобой (по словам ее адвоката, Андрея Писаренко, обыски проводились из-за угроз президенту Украины Владимиру Зеленскому; речь из-за опубликованного нашумевшего видео с участием Зверобой народного депутата от фракции "Европейская солидарность" Софии Федины – прим. ред.), интересна не только с точки зрения политики, но и с точки зрения права. И права не как абстракции, а как сферы, соблюдения правил функционирования которой обусловливает качество и безопасность жизни каждого из нас.

И если всё, что осуществлялось в рамках данного следственного действия после прекращения прямой трансляции с обыскиваемого помещения является тайной следствия и не может быть известно нам точно, то «верхушка айсберга» выглядит откровенно угрожающе.

В частности, есть основания утверждать о допущении следователями ГБР нарушений ряда норм Уголовно-процессуального кодекса Украины.

Во-первых, решение суда о проведении обыска было предоставлено только по соответствующему требованию обыскиваемой (тогда как по общему правилу это быть первым шагом следователя ГБР).

Во-вторых, как показывает видеозапись, следователь проигнорировал требование ч. 3 ст. 223 УПК, не разъяснив права и обязанности участников следственного действия, что является нарушением основных прав и свобод.

Более того, согласно ст. 236 УПК, проведению обыска не препятствует неявка адвоката в течение трех часов. В то же время, из открытых источников нам известно, что следователь почему-то умолчал о таком временном критерии. И хотя, в конце концов, адвоката, как отмечается в СМИ, допустили, этот нюанс мог стать третьей (и наиболее существенной!) ошибкой следователя.

Резюмируя: то, что мы увидели, к сожалению, стало срезом качества стандартов работы ГБР. Акцент должен быть сделан на отсутствии таких ошибок в дальнейшем, а также на обеспечении реальных механизмов воплощения гарантированных Конституцией прав человека. Иначе расходы украинского госбюджета на выполнение решений Европейского суда по правам человека будут только расти».

28 Ноябрь 2019